В кабинет проскользнула служанка, выставив на стол перед Кошкой блюда с нарезанной колбасой, ветчиной и мисочку с теплым молоком.
— Спасибо, Берта! — промурлыкала Кошка, облизываясь. — Как там поживают наши пленники?
— Хорошо поживают, ждут пробуждения хозяина, — ухмыльнулась Берта.
— Пусть ждут.
Кристофер соизволил встать только к обеду. Он был не в духе, у него болела голова и его мутило.
Но верная Кошка и служанка Берта быстро поставили его на ноги.
Уже через час Кристофер бодро вошел в кабинет, где его уже ждала Кошка.
— Ну, что будем делать со шпионами? — насмешливо спросила она его.
— К-ка-ка-ми шпионами, — испугался Кристофер.
— Теми, которые прикидываются твоими друзьями, Берта, введите осужденных, — тоном прокурора приказала Кошка.
Берта вволокла в кабинет пьянчугу и шпионку. Вид у них был ужасный. Их одежда в чулане превратилась в грязные тряпки. На их лицах были синяки, рот заткнут кляпом, а руки и ноги связаны.
Берта вынула кляп у девушки.
— Кристофер, — визгливо начала орать та. — Я так это дело не оставлю, тебя посадят вместе с твоими подельниками.
— Объясни, пожалуйста, вот это, — Берта показала той фотоаппарат. — Что ты делала с этой штукой в кабинете вчера?
— Луиза, ты занималась шпионажем, — воскликнул Кристофер.
— А как, по-твоему, я зарабатываю? — ехидно спросила Луиза.
— Господи, а я-то думал грешным делом, что ты хорошая, чистая девушка, — схватился за голову Кристофер.
— Ой, с паршивой овцы хоть шерсти клок, — повела плечиком девица.
— Ну, а этот? — Кристофер кивнул на своего собутыльника.
— А этот склонял тебя уничтожить твой проект, — спокойно сказала Берта и пнула пьянчугу.
— Но, но, но, — вдруг произнес тот. — Давайте без инсинуаций.
— А не ты разве вчера вещал Кристоферу, что он «бездарь», у него ничего не получится, — ткнула пальцем в пьянчугу Берта.
— Так он и есть бездарь, — осклабился тот. — Ты же пустышка, ничего не смог создать…
Пьянчуга еще что-то попытался проорать, но Кошка уже щёлкнула своими алмазными когтями.
— С сего дня ты не сможешь говорить плохо о ком либо. Хоть раз плохое слово вылетит из твоего рта, ты на всю жизнь станешь немым, — Кошка посмотрела на пьяницу своими зелеными глазами и дважды щёлкнула когтями, веер холодных искр вырвался из ее когтей и влетел в рот пьянчуги.
Девица испуганно посмотрела на Кошку.
— Ааааааааа, — вырвалось из ее рта. — Черти, ведьмы…
— Ты права, моя дорогая, — усмехнулась Кошка. — А ты с этого дня пойдешь работать в приют, будешь помогать бедным и сирым.
Кошка вновь щёлкнула когтями.
Девушка заорала и постаралась зажмуриться, но это ей не помогло.
— Вы забудете, что с вами тут произошло, — сказала Берта и махнула рукой.
— Боже, я живу с двумя ведьмами, — пробормотал Кристофер.
— Радуйся, Эльф, если бы не мы, то от твоего проекта и кусочка бы не осталось. А твои идеи были бы украдены, — зло проворчала Кошка.
Незваные гости были отпущены. Они ушли из дома Кристофера, забыв, как его зовут и дорогу к нему.
Их глаза казались стеклянными, а ноги заплетались.
На следующий день они не могли ясно рассказать, что с ними произошло, и где они были все это время.
Гертруда сидела возле жертвенного камня и думала, перебирая в уме все возможные варианты, как снять полог.
За ним мир казался серым: серые камни, пепельно-серый лес.
Взошло солнце, но небо по-прежнему было серовато-белым, а солнечный диск казался лишь ярко-серым блином на блеклом небе. Очнулась Марфа, и Гертруда кинулась к ней, стуча кулаками по поверхности полога. Но Марфа ее не видела. Она ошалело оглядывалась по сторонам, видимо ища ведьм, но Гертруду она не видела, а Изольда потерялась в лесу.
— Хозяйка, — жалобно позвала Марфа. — Где вы?
— Марфа, Марфа, я здесь, — билась Гертруда, как муха, попавшая на липкую ленту.
— Хозяйка, мне страшно, — бормотала Марфа.
Служанка ходила по полянке, оглядывая каждую кочку или поваленное дерево в поисках своей хозяйки.
И тут она развернулась к жертвеннику и пошла навстречу Гертруде.
— Да, да, Марфа, я тут, — пыталась докричаться до служанки Гертруда.
Но случилось невероятное. Служанка прошла сквозь нее, пощупала руками жертвенник, коснувшись крови, сморщилась от брезгливости, потом развернулась и ушла.
И тут Гертруда поняла, что непростой это было полог. Ее переместили во времени и пространстве.
Теперь она в безвременье!
От осознания этого, Гертруде стало страшно.
В этот краткий миг вся ее жизнь пронеслась перед ней, она явственно представила себе свою дочь Амалию.
Никого она не увидит уже. Полог мог снять только тот, кто его наложил. Ей это будет не под силу, а Вильгельмина ни за что не снимет его.
Вильгельмина?
Гертруда задумалась. Зачем это ей?
Каждые сто лет ведьмы выбирали себе новую королеву. Вильгельмина просидела на троне два века. Вюртембергские правили и до нее, род был сильный и знатный.
