Пройдя половину пятой секции, где они планировали сократить путь, команда решила отдохнуть, присев на землю. Фрай и Уинстон что-то бурно обсуждали между собой в стороне, Томас стоял на ногах и глядел по сторонам, Галли и Минхо сидели рядом с Эми, которая что-то чертила на земле первой попавшейся веткой. Времени уже было достаточно, и оно стремительно близилось к вечеру, но похоже это ее мало волновало.
— Страшно? — неожиданно спросил шепотом Галли, что Эмили сравнила бы с шипением змеи, самой ядовитой и противной.
-Еще чего, — буркнуло та в ответ, даже не удосужившись посмотреть на него. Это меньшее, что бы она хотела сделать.
— Чего тогда нервничаешь?
— Боюсь, что не сдержусь и врежу тебе по твой наглой роже, а потом вырублю и принесу тебя в жертву гриверам, может хоть так они нас пропустят к выходу, — без каких-либо эмоций выразила свои мысли Эмили, все же посмотрев на него. В ее глазах он мог видеть невозмутимость, а она в его — злость.
— Ладно, пошли дальше, пока эти двое не перегрызли друг другу глотки, — скомандовал Минхо, вскочив на ноги. — У нас не так много времени. Если лабиринт сегодня закроется еще раньше, то тогда спасать их друг от друга уже смысла не будет.
Данное заявление в сторону Эми и Галли вызвало смех у всех остальных. Это было похоже на анекдот, который явно подбодрил ребят. Им пришлось продолжить свой путь по песочному сектору, в которых находились непонятные сооружение. К примеру — лезвия. Так бегуны называли железки, которые были высотой в шесть метров, потому что они были похожи на ножи, которые если оживут, то резни будет не избежать.
— Когда мы уже придем? Уже шляемся сколько времени, — вдруг возмутился Фрай, идя позади всех. — Как хорошо, что я не стал бегуном. Проще харчи вам готовить, чем шляться по этим курортам.
— Ты уже сдаешься? Да уж, Фрай… А мы делали ставки на Галли, — посмеялся Минхо, покачав головой.
— Ну ничего, дружище, зато жирок сбросишь, — похлопал друга по плечу Уинстон.
— Иди к гриверу на корм, — буркнул Фрай, надув щеки, будто хомяк.
— У тебя все мысли о еде, — все же смог дать словесный отпор Уинстон, продолжая путь.
— Я бы советовал вам быть по тише, — высказался Томас. — А то гриверов разбудим. Тогда точно не до смеха будет.
— Согласен с салагой, — согласился Галли, обернувшись к тем двум. — Можете идти впереди, если не так страшно. Даже девчонка с этой ролью справляется лучше. Стыдоба какая.
— А сам то! — очередной смех со стороны этих двух. — Что ж ты впереди то не идешь.
— Как я и сказал, она с этой ролью справляется лучше.
— Да когда вы уже заткнетесь, — буркнула себе под нос Эми, продолжая идти.
Казалось, что здесь воздух более раскаленный, чем в Глейде. Если там спасал аромат леса, то здесь на это надеяться было глупо. Во рту сохло само по себе, а воды они взяли не так много для того, чтобы напиться вдоволь. Лишь бегуны понимали, что смеяться в этом месте не время. Один только Галли был солидарен с ними, не создавая шум. Но с другой стороны было даже как-то лучше. Если бы не эти двое, то у других бы нарастала все больше тревога и подходили бы к седьмой секции они уже на трясущихся ногах. Вместо этого нервы тратились на них и мысли только об их безалаберности. В этом они хорошо помогли.
В скором времени небо стало серым, предвещая дождь. Оно идеально вписывалось в атмосферу лабиринта — темную и до жути мрачную, ужасающую и поселяющую тревогу. Они уже приближались к седьмой секции. Каждый из них молчал, чувствуя, как сердцебиение становится сильнее. Но самое страшное было входить в нее. Вход был все таким же открытым. Минхо открыл для себя что-то новое в этом лабиринте, здесь даже воздух был другим и было значительно холоднее или может просто так казалось. Пахло неприятно, этот аромат ассоциировался у Минхо только с одним — со смертью. Кожа покрывалась мурашками, а ноги становились ватными. Пульс учащался, а дыхание затаивалось. Нестыдно было признать свой страх, ведь если его не испытывать в этом месте, то это глупость, не иначе. Эми чувствовала тоже самое, но вместе с тем и то свое старое чувство восхищения, что пребывало с ней в первые дни в этом треклятом лабиринте. Стоило им пройти дальше и оказаться на мосту перед какой-то необычной железной огромной дверью в форме круга, все и так стало ясно — это и есть выход. С этим никто из них не мог поспорить. Это был точно он.
— Ребят, мы…мы нашли… — запинаясь, тихо произнес Фрай, с открытым ртом и округлившимися глазами, в прочем, как и остальные, глядя на эту дверь.
— Это выход… — подловил мысль друга Минхо и его губы растянулись в улыбке. — Мы нашли его.
