Я показала, куда идти, шагнув вперёд. Мы обошли башню, прошли через дальнюю часть сада к маленькой старой калитке. Ею пользовался только садовник, и она никогда не замыкалась. Так мы вышли за пределы дворца, и оказались в небольшой рощице.
— Это старый парк, за ним — северная часть города. Я дальше не пойду, Луша покажет вам, как лучше обойти дозорных на границе.
Шелест крыльев заставил всех поднять голову.
— Идите быстрее! Вас скоро хватятся.
Ивор встревоженно посмотрел на меня.
— А вы? Тория, у вас будут неприятности, может вы с нами…?
Максий и Миранда взглянули на своего принца как на помешанного. Но Ивор не заметил, он пристально и очень странно смотрел мне в глаза.
— Ивор, послушайте. Я помогаю лишь потому, что вы меня спасли, и сами пострадали. Но больше никто из нас никому не должен. Если Винцент или вы решите продолжить... конфликт, я, разумеется, буду на стороне мужа. На этом всё. Прощайте!
Я развернулась и пошла прочь. Но тут прямо около моего ухо раздалось слово, которое заставило меня вздрогнуть, остановиться и обернуться.
Нас отделяли несколько шагов. А слово было произнесено, словно Ивор стоял совсем рядом.
"Сакура."
Мы смотрели друг на друга.
"Это он подарил мне поцелуй, который я никогда не забуду."
Ивор
— Ивор, а я не понял, ты что, запал на королеву Торию? А она на тебя? — спросил Максий, когда мы шли за голубкой по окраинам города.
— Макс, во-первых, это не твоё дело.
— А во-вторых?
— И, во-вторых, тоже. Даже если кто-то из нас на кого-то запал, какая разница? Она всё равно замужем.
— М-да...
— Она очень рисковала, — решила поддержать разговор леди Арнис, — если король Винцент узнает, неизвестно, как отреагирует.
— Да, Ивор. Не хочется тебя пугать, конечно. Но то, что сделала Тория — это государственная измена. Сам знаешь, чем такое карается.
— По-вашему, мне стоило отказаться от помощи и остаться в камере, бросив жителей Окса на произвол судьбы? — вспылил я.
— Тише, спокойнее, Ваше Высочество! — похлопал меня по плечу Макс, — мы только хотели убедиться, что ты понимаешь серьезность её поступка.
— Она просто сочла действия мужа несправедливыми. И поступила так, как посчитала правильным. Надеюсь всё же, что она знала, что делает, и её не вычислят.
Вдруг у нас за спиной раздалось:
— Эй! Что вы идёте как приятели после попойки? Рассредоточиться живо! Ищите беглецов!
Мы замерли и переглянулись.
"Туда!" — вскинула руку некромантка, и я увидел едва живой старый мостик, на котором сидела голубка.
Когда мы были на мосту, в нас полетели огненные шары. Я успел выставить щит. Пара файерболов подожгла мостик, и как только мы оказались на другой стороне реки, его остатки с треском упали в реку.
"Кру-куу" — вскрикнула голубка и нырнула в высокую траву.
Я прыгнул следом и покатился во тьму. Не успел я подняться, как на меня свалился Макс, а потом и Миранда.
— Скажи спасибо, что я успел в человека перекинуться! Медведь бы тебе все кости переломал, — "извинился" мой первый помощник.
Он присвистнул:
— Да здесь целый подземный ход!
Мы поднялись, насколько позволил потолок, и, пригнувшись, быстро двинулись вперёд по тоннелю. Погони за нами пока не наблюдалось. То ли стражники не могли так быстро переправиться через реку. То ли не знали о тоннеле и потеряли нас из виду.
Выбрались наружу мы уже за границей. Про себя я сделал пометку тайком поставить здесь стражу: ведь получается, это лаз в обход не только заставы Аурении, но и Империи. Голубка проводила нас ещё немного. Затем села мне на плечо.
— Спасибо! — сказал я, погладив её белоснежную шейку.
— Кру-куу!
— Постой, принеси мне весточку от Тории, хорошо? Передай ей, что я волнуюсь.
— Крууу!
Голубка упорхнула.
Тория
Проводив пленных, я вспомнила вдруг про их брошенную одежду. Её надо было спрятать!
“Если стражники поймут, что беглецы переоделись, их точно схватят. И быстро вычислят, кто им помог.”
Я бросилась назад. Страж у двери ещё спал, а, значит, и остальные. В подземелье я подобрала и свернула вещи Миранды, Максия, затем Ивора. Но выйти не успела. Послышался топот сапогов по ступенькам и сигнал тревоги.
Я выскочила из камеры и помчалась дальше по коридору, который плавно уходил вправо. Добежав до конца, я спряталась за ржавой железной дверью, которая уже сто лет стояла распахнутой. За ней были ступени на самый нижний уровень башни, где находился карцер, и Шиар знает, что ещё.
Притаившись, я пыталась отдышаться и молилась чтобы никому не пришло в голову заглянуть за эту дверь. Вдруг совсем близко раздался страшный хриплый шепот:
— Привет, красотка!
Я едва не вскрикнула. От ужаса всё тело покрылось мурашками. Я медленно повернула голову на звук.
"Тшш! Не шуми! Нам ведь не хочется внимания, верно?"
Я замотала головой. В тусклом свете через решетку последней камеры на меня смотрели два ярко-голубых глаза. Остальное лицо было почти полностью скрыто неопрятной бородой и грязными, свалявшимися прядями волос.
Приглушённые крики, брань и топот сказали мне о том, что никому и в голову не пришло проверить остальную часть башни. Все бросились догонять пленных. Я в ужасе смотрела на заключённого.