Генри вышел из пещеры и посмотрел в предрассветное небо. Он снова ощущал себя свободным. Он прекрасно знал, что следом увиваются, по меньшей мере два призрака: несчастный лорд Кентон в его собственном чёрном мундире, и настоящий лорд Арнис, исчезновение и смерть которого не заметила даже его любимая жена.
Он вспомнил, как сбросил тело молодого лорда в заброшенный колодец на окраине города и самодовольно улыбнулся. Ничего эти призраки ему не сделают. Ни на что они не способны. Он не испытывал к ним ни грамма жалости. То ли дело убитый отряд. Бравым солдатам просто не повезло. Их пролитую кровь он считал вынужденной жертвой. Жаль их ему было оттого, что солдат должен гибнуть на поле боя, а не во сне.
И его дети. Его кровь и плоть. Максий, Дэмиан, Миранда. Миранду он любил, но она всего лишь дочь. Выскочила бы замуж и забыла отца. Это неправильно, несправедливо. А теперь она сослужила ему хорошую службу, принесла пользу.
Если кто-нибудь каким-то невероятным образом узнает о его деяниях, всё равно никогда его не найдёт. Это мысль согревала его сердце. Освобождала, делала всемогущим. Теперь он снова молод и полон сил. Он ощущал прилив магии физически.
Ему уже не терпелось начать новую жизнь. Чьё место занять на этот раз? Был бы Винцент некромантом, Генри бы стал королём Винцентом не раздумывая. Но Винцент огневик.
Ему всё больше нравилась идея стать королём, или императором. Он узнает, какой монарх имеет дар некроманта, и займёт его место. Генри улыбнулся, представив себя в роли главы целого государства. Но он не знал, что кроме призраков, по его следу идёт тот, кто остановит его навсегда. Тот, кому всё равно, как выглядит Генри, ведь он знает его запах.
Ларс издал тихий победный рык, учуяв добычу, которая, как подсказывало ему обоняние, была за полтора километра от него. Лев быстро сокращал расстояние, а жертва, не ведая опасности, шла прямо навстречу своему убийце.
Бесшумно перебирая мощными лапами, Ларс подкрался близко, прячась за кустами. Он прижал напряжённое тело к земле, готовясь к прыжку. Сначала он хотел поймать обидчика, потребовать свои деньги, дать Генри понять свою ошибку и пожалеть о ней. Но теперь, ощущая запах своего несостоявшегося убийцы так близко, он жаждал одного.
Мощный толчок задних лап, недолгий полёт и зубы льва уже сомкнулись на шее жертвы. Генри лежал на спине, широко раскинув ослабевшие руки. Из разорванной артерии кровь лилась фонтаном, окропляя ковёр золотой осенней листвы. Ларс, сбросив облик зверя, удовлетворённо смотрел в угасающие глаза старика и слушал слабые хрипы.
— Знаешь, как говорится в Книге Акрософии? «Не забывай, что один удар меча порождает несколько новых врагов.»
Взгляд старика застыл навечно, отдав прогнившую душу слугам Манэи, которые следовали за ним с самых каменоломен.
Ивор
— Эльс нашёл что-то! — сказала Тория, прежде чем Эльс, бегущий впереди, взволнованно залаял.
Прямо перед лошадью Макса и Миранды вдруг промелькнули крылья, и появился Дэмиан.
— Не стоит вам туда ехать, — его тихий и твёрдый голос и бледное лицо встревожили нас ещё больше.
— Что там, Дэмиан? Говори прямо! — приказал я.
— Там... Генри. Он мёртв.
— Ты уверен? — спросил Макс.
Дэмиан кивнул:
— Мертвее не бывает.
Ограждать дам от неприятного зрелища оказалось бесполезным. Мы с ужасом смотрели на разодранное горло старика.
— Кто его так? — спросила Тория.
Макс слегка повернул голову набок, и его облик на время изменился. Медведь принюхался, рассматривая примятую траву. Вернув себе привычный вид, лорд Орсон доложил:
— На него напал лев. Он прятался в тех кустах, прыгнул. Убил почти моментально.
— Выходит, кто-то из братьев Ларса отомстил за его смерть, — сделал вывод я.
Миранда закрыла лицо ладонями. Её плечи судорожно вздрагивали. Макс обнял её молча, крепко прижимая к себе.
Миновав главные ворота, мы увидели, что город понемногу оживал. Уставшие прятаться в своих домах люди осторожно выходили на улицы. Они разбирали баррикады, взволнованно обсуждая отсутствие нежити, с опаской оглядываясь по сторонам, не веря, что всё позади.
— Ивор? — тихо позвала Тория.
Она сидела впереди, её волосы приятно щекотали мою шею. Я наклонился:
— Что, родная?
Голос её был слабым, почти прозрачным. Я чувствовал, как её хрупкое тело дрожит от истощения — она давно не ела, и если бы я не придерживал её, она бы уже соскользнула с седла.
— Что теперь будет? Мне нужно вернуться к Винценту...
— Нет. Не переживай ни о чём, прошу. Всё, что тебе нужно сейчас — это горячая еда и постель. Поняла? С Винцентом я разберусь сам. И со всем остальным тоже.
Лошадь медленно шагала по разбитой мостовой, а я сжимал поводья, глядя вперёд.
“Мы все живы — это главное”.
У дворцовых ворот я повернулся к Миранде:
— Леди Арнис, я прошу вас погостить во дворце. И вы можете оставаться здесь столько, сколько пожелаете.
Миранда ответила не сразу.
— Спасибо, Ваше Высочество. Я принимаю приглашение. Меньше всего мне хочется сейчас возвращаться... домой.
Макс бросил на меня благодарный взгляд.
***
На следующий день я собрался ехать в Аурению с официальным визитом.