— Вы, наверное, ошиблись, господин. Отойдите с дороги, мы спешим! — сказал я.
— Прошу не вмешиваться, молодые люди, — не сводя глаз с Миранды, ответил незнакомец.
— Миранда, ты знаешь этого человека? — спросил Макс.
Миранда молча покачала головой, но то, с какой яростью она смотрела в глаза незнакомцу, говорило само за себя.
Я подошёл к нему и взял за руку, чтобы отвести в сторону, но мужчина махнул рукой, и нас троих: Макса, Дэмиана и меня, ураганом отнесло на несколько метров в сторону и повалило наземь. Испуганная Тория подбежала к нам. Макс бросился назад, к Миранде, но снова отлетел в сторону, не сумев даже приблизиться к девушке.
Мы решительно не понимали, что происходит и, конечно, переживали, что не можем помочь леди Арнис. А события между тем развивались. Вокруг незнакомца и Миранды закручивались две воронки: белая и чёрная. Девушка не выглядела напуганной, она явно готовилась противостоять.
— Я не знал, что Миранда так умеет! — восторженно произнёс Дэмиан, когда леди Арнис и незнакомец оторвались от земли, поднимаясь в воздух.
— Это не Миранда! — воскликнула вдруг Тория.
Только теперь мы начинали догадываться, что за борьба разворачивается перед нами...
— Это Манэя! — озвучил общее прозрение Макс. — Но как же Миранда, что с ней?
— Я думаю, она ещё там, в своём теле, вместе с богиней, — предположила Тория.
— А пастух — это Пан! Бог плодородия и скотоводства! — добавила Тория.
Пан тем временем преобразился. В воздухе он танцевал неведомый нам танец, отбивая ритм копытами, появившимися у него вместо босых ног. На голове его выросли внушительного размера козлиные рога. В руках Пана появилась дудка.
— Не вздумай! — Вместо Миранды в воронке клубящийся тьмы над землёй парила уже сама Манэя. Её волосы обвивали ноги и, как сотни змей, ползли к копытам Пана.
— Если заиграешь на своей дудке, я сниму повязку и заберу тебя в вечную тьму, клянусь! — тонкие длинные пальцы Манэи тянулись к козлиной бородке противника.
— Отпусти мою дочь и возвращайся в свой склеп! Иначе я заиграю, и ты оглохнешь! Тебе мало слепоты? А, может, ты хочешь, чтобы сквозь твоё сердце проросло дерево? Я уже вижу крылатое семечко сосны, принесённое ветром. Как символично всё сложится, да, Манэя? Жизнь из сердца богини Смерти. Жизнь, способная разрушить проклятую гору!
— Нельзя нарушать равновесие, тебе ли не знать!
— Не смей говорить о равновесии! Ты послушалась дурного человека и подняла мёртвую плоть! Ты хочешь погубить мою дочь и занять её место! Я знал другую Манэю! Богиню, которую тяготила её грустная миссия. Богиню, которая хотела сделать что-то хорошее! А где она теперь?
Тьма перестала клубиться, ветер стих, и Манэя опустилась на землю. Пан сделал то же самое.
— Я и тогда говорил тебе, и сейчас скажу. Чтобы делать что-то хорошее, не обязательно пытаться выполнять чужую работу. Это как у людей. Повар не сможет стать хорошим лекарем. Но его суп может помочь больному поправиться. И садовнику не дано лечить, но выращенные им цветы помогут исцелить чью-то больную душу. Твоя миссия — провожать в царство мёртвых. И никто не сделает это лучше.
Манэзя выслушала Пана не перебивая. А когда он закончил, заговорила сама:
— Ты, как всегда, прав. Так и быть. Я уйду. И твоя дочь останется жить. Но у меня есть условие.
— Какое ещё условие?
— Ты пойдёшь со мной. Не в Шиар, конечно. В мой храм, там, в горе.
Пан засмеялся:
— Ты хочешь, чтобы я навечно заточил себя в твоём мёртвом царстве?
Манэю, казалось, обидел смех Пана.
— Почему навечно? Погости немного. И навещай иногда. Иначе я могу и передумать!
В подтверждение её слов тьма снова стала стелиться по земле.
— Ладно, ладно! Только добавим в твой храм немного света!
Нас оглушил грохот, как будто само небо треснуло над каменоломнями. По горе, начиная с подножия, быстрым полозом пробежала трещина. Верхушка горы, освещённая утренним солнцем, рухнула, расколовшись надвое. Боги исчезли. А на месте их противостояния мы нашли Миранду. Она очнулась, недоумённо глядя на четыре пары обеспокоенных глаз.
— Что произошло? — спросила она, растирая виски.
— Кажется, ты многое пропустила! Но не стоит волноваться, я всё тебе расскажу! В мельчайших подробностях! — поспешил заверить Миранду Максий.
— Значит, мне это не привиделось? Здесь была Манэя? И Пан?
Дэмиан, который теперь стоял на краю рва, позвал нас:
— Вы только посмотрите на это! Они исчезли!
Мы подошли ближе. И, действительно, яма, в которой вот уже много дней роилась нежить, была абсолютно пуста.
— Манэя их что, не только упокоила, но и захоронила? — Дэмиан озадаченно чесал затылок.
— Вот что значит божественное вмешательство! — улыбнулся Макс.
— Так война с нежитью окончена? — осторожно спросила Тория, будто не веря своим глазам.
— Думаю, да. Только... преступник снова улизнул, — не хотелось мне называть этого человека фамилией Макса и напоминать ему и Дэмиану лишний раз, кто их отец.
***