Конечно я не обольщалась насчёт того, что моя миссия закончена, но не ожидала прозвучавшего приказа, когда мы вышли из палаты:
— Хотя нет, подождите. Есть разговор. Давайте немного отойдём, — Ягер кивнул в сторону ближайшего окна. — Эрин, я прошу серьёзно отнестись к тому, что я скажу. Скорее всего этот пленный будет упираться, будет непросто его переубедить.
— Вы собираетесь его пытать? — упавшим голосом спросила я, даже не представляя, что говорить дальше, если он подтвердит мои опасения.
— Безусловно такие допросы часто бывают весьма эффективны, но к сожалению, многие из русских устойчивы к боли, и признание можно выбивать не один день. У меня нет столько времени, нам нужен этот мост как можно скорее.
— И как я могу помочь заставить его выдать схемы?
— Может быть слышали о методе кнута и пряника? Он знает, что я щадить его не буду, но пусть увидит, что всё может быть по-другому. Поговорите с ним, убедите, что сотрудничество с нами ему выгодно. Он уже второй раз попадает в плен. Я слышал, их вождь за такое отправляет на расстрел. Убедите, что терять ему уже нечего. Те, кто перешёл на службу к нам, довольны и ни в чём не нуждаются.
Не знаю, кто там чем доволен, но подозреваю, именно этот красноармеец за такое предложение шею мне свернёт.
— Думаете получится?
— Если чувствуете в себе актёрские таланты, можете попробовать такую версию. Несчастная селянка, которую забрали для работы в госпиталь. Немцев вы ненавидите так же, как и он, но смирились, понимая, что другого выхода нет. Пустите в ход слёзы, скажите, что боитесь, если он будет упрямиться, солдаты сожгут ближайшую деревню вместе со всеми жителями.
Ну ни хрена себе манипулятор!
— Актёрских талантов во мне, к сожалению, нет, — вздохнула я. — Но я попробую с ним поговорить.
— Я на вас рассчитываю, — при виде его самодовольной улыбки так и захотелось чуток подпортить настроение.
— Мне показалось, этот танкист вам знаком. Уже встречались на поле боя?
Ягера ощутимо перекосило, и он отчеканил ледяным тоном:
— Не забивайте свою голову тем, что вас не касается. Лучше сосредоточьтесь на задании, которое я вам поручил.
Хех, это не Вилли с его обиженным «ну, не надо лезть в мою личную жизнь», этот сказал как отрезал. Высокомерие и властность разве что из ушей не текут.
— Доброе утро, герр гауптман.
Что, Винтер, совесть замучила? Или прихромал убедиться, что я не наломала очередных дров?
— Вы уже допросили пленного?
— Да, так что возвращаю вам фройляйн Майер в целости и сохранности, — он усмехнулся. — Как видите, я не имею склонности истязать юных дев.
— Герр гауптман, я вас всё утро ищу, — о, Хильди ты прямо вовремя. — Вы пропустили приём таблеток.
— Я исправлюсь, — Ягер окинул её ну очень горячим взглядом. — Согласен выпить из ваших рук что угодно. Не забудьте о моей просьбе, Эрин.
Проводив колоритную парочку взглядом, я заметила, что Вилли по-прежнему стоит рядом, выжидательно глядя на меня.
— Моя работа ещё не закончена. Вечером снова предстоит допрос.
— Если у вас снова возникнут разногласия, не спорь, сразу обращайся ко мне, — беспокойство в его глазах было вполне искренним, и я слабо улыбнулась.
— Ничего, справлюсь.
Я больше не злилась на него. Не с его характером ввязываться в разборки с таким гадом как Ягер. Вилли у нас прямой как путь коммунизма, в грязные игры играть не умеет и не любит, так что придётся как-то лавировать самой. В одном он прав — откажись я тогда — точно нажила бы в лице гауптмана врага. А судя по всему, он та ещё злопамятная зараза.
* * *
Я не знала, что скажу тому парню в палате, и как он воспримет моё появление, но забить на просьбу-приказ Ягера не осмелилась. Врать тут бессмысленно. Солдаты доложат ему приходила я или нет. Одно я чётко знала — никакой пропаганды проводить не буду. Я тихо открыла дверь, так и не придумав с чего начну разговор. Раненый был не один. Хильдегард заканчивала перевязку.
— Я закончила, хотя ума не приложу, для чего доктор столько возится с этим дикарём, — раздражённо сказала она, подхватывая лоток с бинтами.
— Обед я принесла, но он отказывается есть. Разбирайся сама, я не собираюсь сидеть и кормить его с ложки.
— Конечно иди, а то гауптман зачахнет без женской заботы. Совсем не бережёт себя, — Хильди моего сарказма не оценила, разулыбалась точно малолетка перед первым свиданием.
— Не жди меня сегодня, он сказал, придёт вечером в оранжерею.
Парень без интереса окинул нас взглядом и отвернулся. Помявшись, я всё же присела на стул возле его кровати. Я настолько привыкла в авральном режиме придумывать, что, как и кому правильно сказать, что теперь не знала, как завязать разговор. Цели чего-то от него добиться у меня нет, а просто потрепаться вряд ли получится. Я уже привыкла к враждебной реакции наших, и этот парень вряд ли будет исключением.
—
Понимаю, тяжело притворяться мебелью, когда кто-то стоит над душой.
