Вот это я оказывается героиня, похлеще шекспировской Джульетты. Хольману бы писать дамские романы с большим содержанием розовых соплей. Я смотрю, тут все такие фантазёры-затейники, один Ягер чего стоил.
— Это предложение руки и сердца?
— Конечно, — воодушевлённый моей реакцией, Хольман увлечённо распинался дальше. — Твой отец из партийных, мой тоже, подбор крови первоклассный, северофризская с моей стороны.
Он видимо рассчитывал меня этим впечатлить, я и была в шоке. Он словно не жену, а корову племенную выбирает. Делает девушке предложение и ни слова, ни полслова о любви. Как там? «Вы привлекательны, я чертовски привлекателен, чего зря время терять?» Сообразив, что он ждёт от меня подтверждение «кода доступа», я злорадно усмехнулась. Хотела бы я посмотреть на его реакцию, узнай он, какая у меня настоящая кровь. Но у блонди с чистокровностью скорее всего проблем нет, поэтому я уверенно ляпнула:
— А у меня саксонская, — ну, а какая она может быть у чистокровной немки?
— Наверное, ты хотела сказать рейнско-нижнесаксонская, — уточнил Хольман, и я беспечно кивнула.
Да хоть верхне-австрийская, пора уже заканчивать этот цирк с конями.
— Знаешь, Эрнест, если бы я хотела выбрать мужа по социальному положению или чистоте крови, я бы давно так и сделала, — н-да пацан смотрю совсем расстроился.
Как же так? Он ведь такой завидный жених элитной породы, ещё и с богатым влиятельным папочкой. Да и внешность у него, хоть на разворот журнала помещай. Синеглазый блондинчик со смазливой мордашкой. Видать, привык к тому, что девчонки гроздьями на него вешаются. Только меня этим не возьмёшь. Я и в прежней жизни не велась на таких вот мажоров.
— Так что придётся тебе искать невесту, когда вернёшься в Берлин.
— Хотя бы подумай над моим предложением, — забыв о моих предупреждениях, он подался ближе. Я заметила, что Фридхельм подошёл к «фуршетному столу» и, кажется, нас заметил.
— Не о чем тут думать, уясни наконец, что у меня есть жених.
Хольман включил обиженку, резво припустил к столу и решил, видимо, утопить горе в вине. Схватил первую попавшуюся бутылку, наливая чуть ли не полный стакан. Фридхельм окинул его снисходительным, с лёгким оттенком презрения взглядом и чуть насмешливо сказал:
— Ты бы не увлекался, ведь сегодня твоя очередь заступать в караул.
— А я тебя искала, — я улыбнулась, увидев в его руке бутылку шампусика. — Предлагаю смыться отсюда.
— Официальная часть окончена, так что, я думаю, уже можно, — сразу же согласился он.
