Рюзгар крепче сжимает мою ладонь и отводит глаза в сторону, замечаю, как вены на его шее проступают сильнее.
— А вот и муженек твой явился. Сейчас дырку в нас прожжет. Ревнивец, — парень быстро съезжает с темы.
Я отдергиваю руки и смотрю на Батура. После нашей взрывоопасной потасовки я как-то побаиваюсь его сегодня провоцировать. Он медленно подносит к губам стакан с виски, делает глоток, не сводя с нас потемневших прищуренных глаз. Мы подходим с Рюзгаром. Батур подставляет локоть, чтобы я взяла его под руку.
— Вот, возвращаю, брат, в целости и сохранности твою жену, не злись, — Рюзгар подмигивает мне, театрально кланяется и в довольном расположении духа уходит к гостям.
— Я хочу, чтобы ты танцевала только со мной, — гневно произносит. Мне чертовски нравится, когда он ведет себя как несдержанный собственник.
— А ты меня не приглашаешь. Я стояла одна как фонарный столб. Спасибо Рюзгару, составил мне компанию. Он, кстати, отлично танцует, уверенно ведет партнершу, в его руках можно расслабиться.
— Не разжигай огонь, если не готова его затушить. Не провоцируй меня на ревность. Я могу и не сдержаться.
— На огонь можно смотреть бесконечно, пусть угольки тлеют. А ты только пустыми угрозами сыпешь, — демонстративно задрав нос, отворачиваюсь от Батура. Затылком чувствую его пышущее недовольством дыхание. Хорошо, что его часто отвлекают родственники, иначе наш скандал бы так быстро не закончился.
Остаток вечера проходит спокойно, гости начинают расходиться, а я мечтаю поскорее снять туфли, принять расслабляющий душ и лечь спать. Но мы обязаны быть до конца вечера, пока все не разойдутся.
— Ах ты уродина меченая. Ты что себе позволяешь, — Метин хватает меня за локоть и орет в бешенстве. Зря я думала, что мою выходку все забыли.
Батур с Рюзгаром вышли на улицу проводить последних гостей. Метин, воспользовавшись их отсутствием, решает наказать меня за проделку с горничной.
— Отпустите меня, — вырываюсь из его лап.
— Опозорила нас. Девка безродная. Что о нас подумают, — кричит свекор во все горло.
Зажмуриваюсь, когда Метин замахивается. Но удара не чувствую. Открыв глаза, вижу лишь разъяренное лицо мужа, который сжимает руку отца, не позволяя прикоснуться ко мне.
— Немедленно отпусти Марину, — жестко говорит Батур.
Берна замирает, хлопая ресницами от испуга, не решаясь сказать и слова. Рюзгар тоже решает не вмешиваться.
— Ты в своем уме? Ты второй раз из-за этой дряни повышаешь на меня голос. Приди в себя, сын.
— Марина — моя жена. Я никому не позволю ее оскорблять. Даже тебе, отец. Если у кого-то из вас, — он обводит всех холодным взглядом, — возникнут вопросы к Марине, то адресуйте их мне. За все ее действия несу ответственность я. Понятно?
Вопрос разлетается эхом по комнате и остается без ответа. От твердости его голоса у меня мурашки бегут по спине. Отворачиваюсь, чтобы никто не увидел в моих глазах триумфа. Да, мне чертовски приятно, что Батур заступился за меня.
— Марина, иди к себе в комнату, — говорит со мной в приказном тоне.
— Но…
— Иди сказал, я скоро приду.
Убегаю в спальню, снимаю платье на ходу, запираюсь в душе. Воду настраиваю погорячее, чтобы кожу жгло. Сегодняшний день был богат на события как хорошие, так и плохие. Стоит мне лишь вспомнить наш с Батуром поединок в подсобке, как по телу разливается сладкая пульсация. Неудовлетворенное тело изнывает и требует разрядки. А еще мне очень приятно, что муж защитил меня.
Душ слабо помогает. Горячие капли лишь усиливают порочное вожделение. Каждая мышца натянута как леска. Закусив губу, я изо всех сил пытаюсь усмирить горячее возбуждение и томление внизу живота.
Надев кружевную сорочку, кручусь перед зеркалом. Подмигнув своему отражению, ложусь в постель. Выключаю ночник и прислушиваюсь к звукам за дверью. Пока тихо, но минут через десять слышу, как с грохотом захлопывается дверь и заходит Батур. Даже в полной темноте я ощущаю его грозный настрой. Не включая свет, он сбрасывает с себя одежду и уходит в ванную. Все движения резкие и порывистые. Через несколько минут вода затихает, и муж выходит в одних боксерах и включает свет.
— Ну кто так делает? Я же сплю, — закрываю ладонями глаза, прячась от резкого света.
— Не притворяйся. Знаю, что не спишь, — даже реакция на яркий свет не мешает мне рассмотреть натренированное мощное тело Батура.
— Вот еще. Я не ждала тебя, ты ведь спишь в другом месте.
— Прошлой ночью я спал на диване в кабинете. Не хотел тебя смущать своим присутствием.
— Какой у меня тактичный муж.
Батур садится на край кровати и устало опускает голову. И на протяжном выдохе трет переносицу.
— Я говорил тебе, что фамилия Юксель накладывает определенные обязательства на тебя? — он отчитывает меня как нашкодившего котенка. При этом голос звучит устало и обреченно. — Не слышу ответа.
— Говорил, — отвечаю насупившись.
— Так почему же ты ведешь себя как ребенок, что за спектакль ты устроила? Я не буду идти против семьи из-за тебя. В следующий раз думай, прежде чем что-то сделать.
— А ты… а ты в следующий раз думай, как изменять в первую брачную ночь в соседней комнате.
