— Ты говорил о том, как тебе важно доверять мне. Безоговорочно. Ты просил моей верности и преданности. Ты хочешь без страха поворачиваться ко мне спиной и знать, что я никогда не всажу в тебя нож. Я хочу стать для тебя таким человеком. Даже если весь мир будет против тебя, я всегда буду рядом.
— Марина, речь о твоей безопасности. Сейчас это самое важное. Не могу тобой рисковать.
— Т-ш-ш, — прижимаю палец к его губам. — Я тоже хочу доверять тебе. Я знаю, что ты сможешь защитить меня. Безопаснее всего мне будет рядом с тобой. Только никогда больше не говори, что наш брак фиктивный.
Проходит несколько недель относительного спокойствия. Я добилась своего. Батур изменил свое решение и разрешил остаться рядом с ним. Было много разговоров и скандалов, прежде чем он сдался. Я полностью освоилась в делах Фонда. Конечно, благодаря помощи Нины Викторовны и фамилии мужа, которая открывает все двери и заставляет быть щедрыми чиновников и бизнесменов. Я горжусь нашими достижениями, когда вижу результаты работы. Счастливые родители и здоровые дети — яркое тому подтверждение.
А вот дома все без изменений. С Берной каждый день обмениваемся любезностями. Метин сыпет угрозами и обещает отправить меня на тот свет, если Батур из-за меня не станет Главой. Рюзгар не приближается и почти не разговаривает со мной, но смотрит волком. Иногда дрожь в коленях пробирает от его взглядов.
Мы с Батуром работаем до позднего вечера, и проводить много времени вместе не получается. Зато ночи целиком наши. Горячие, сумасшедшие, наполненные безудержным сексом, моими громкими стонами и умопомрачительными оргазмами.
Муж полностью владеет не только моим телом, но также мыслями и чувствами. Его жаркие взгляды, наполненные страстью, делают меня самой красивой и желанной. Придают уверенности и веры в себя. С каждым днем я влюбляюсь все больше. Я уже не могу сопротивляться мощному захлестывающему меня чувству. Как бы я ни противилась, в моем сердце все же поселилась любовь к этому холодному, иногда жесткому и резкому, но такому сногсшибательному мужчине. Мне хочется во все горло кричать о своих чувствах. А вот от Батура я ни разу не слышала признаний в любви. Что меня сильно огорчает.
— Гюль, красавица моя, где ты? — заходя на кухню, вижу, как девочка болтает с горничной.
— Чем так вкусно пахнет? — зажмурившись от сладких ароматов, переношусь в детство, когда была жива мама и пекла каждое воскресное утро пироги и плюшки. Дом наполнялся ароматами ванили, а мы с братом дрались за право облизать венчик после крема. Как же мне не хватает теплоты и душевности тех дней. Я бы много отдала, чтобы еще хотя бы раз прижаться к маме и почувствовать теплоту ее рук.
— Мы пирог грушевый испекли, будешь с нами чай пить?
— Это произведение кулинарного искусства, — рассматриваю ароматное лакомство с румяной корочкой и карамелизированными кусочками груши сверху. — Конечно, буду. Ради вашего пирога я готова забыть про диету. Только сначала помоги мне, пожалуйста. Нужен твой совет. Пойдем в гостиную.
— Какая красота, — Гюль рассматривает образцы ткани, разложенные на диване. — Давно пора было изменить ваши комнаты.
— Посмотрите эту коллекцию, качество отменное, актуальные сейчас расцветки. Можем еще обои посмотреть. Я привезла с собой каталоги, — дизайнер, молодая, очень милая женщина, суетится, раскладывая на диване образцы и каталоги. У нас с Гюль разбегаются глаза от обилия красоты.
— Мне очень понравилась вот эта нежно-голубая расцветка, — показываю понравившуюся ткань.
— Отличный выбор, — одобрительно кивает дизайнер.
— А стены можно покрасить в жемчужный, смотри, есть три оттенка, — Гюль показывает, что ей понравилось.
— Затеяла ремонт? — грозный голос Метина прерывает наше веселье. — А тебе разрешали?
— Добрый вечер, мы не заметили, как вы вошли, — мы втроем замираем при виде вошедших Метина с Берной.
— Не заметили они, — ворчит Метин. — Может, нам еще разрешения спрашивать, чтобы домой зайти.
— Ты только посмотри, любимый, — отпихнув дизайнера, Берна подскакивает к нам и хватает каталог с обоями. Размахивая им в воздухе, начинает кричать. — Она себя здесь хозяйкой почувствовала. Уже ремонт собирается делать.
— Не волнуйся. Как она легко вошла в наш дом, так же легко и уйдет. Хорошо, если на своих ногах, — Метин снимает пиджак, ослабляет галстук и плюхается на диван, продолжая пыхтеть от злости.
— Ты мне угрожаешь, дорогой свекор?
— В чем дело? — рассерженный тон прерывает наш скандал.
— Все как обычно. Твоя женушка возомнила себя хозяйкой дома. Приструни ее, чтобы сидела в своей комнате и не высовывалась, — у Метина раздуваются ноздри, и на шее проступают красные пятна.
Батур целует в макушку Гюль, та от волнения жмется к нему. Он останавливается в нескольких шагах от меня, сводит брови, глядя то на меня, то на Метина. Сердце замирает в ожидании его реакции. Беззвучно губами шепчу: «Я не виновата». При ссорах с родственниками я всегда волнуюсь, что муж примет не мою сторону.
