- Я бы хотел перед вами извиниться, но не буду, - говорю сухо и чересчур резко, глядя на женщину сверху вниз. - Потому что вы не уберегли Майю и ее дочку. - Голос клокочет от злости, а женщина меняется в лице.
- Ты что несешь? В чем обвиняешь? - задыхается она возмущением. - Для меня Майя с Марусечкой как дочки родные! Я в жизни ей слова плохого не сказала! Как у тебя язык поворачивается обвинять меня в чем-то?
- Тогда где она сейчас? Почему сбежала? - склоняясь к женщине ближе, шиплю.
Ирина Витальевна, не ожидавшая такого поворота, замолкает. Пережевывает в своем мозге мой вопрос и выдает:
- А может, она сбежала от тебя? От того, что ей не хочется смотреть на такого поганца и подонка, как ты? - ехидно щурится, раздвигая тонкие губы в хищной улыбке. - Ишь какой выискался богатей. Теперь-то мне все стало ясно...
Подбоченившись, женщина смотрит на меня как будто свысока, молчит, только глаза ядовито блестят.
- Что? - не выдерживаю, снова подступаюсь к Ирине Витальевна, давя ее.
- Что от тебя она убегала. Беременная. Затравленная. Да только Бог может знать, что ей пришлось пережить, пока мой Ярик ее не подобрал.
- Беременная? Затравленная? - перекатываю на языке сказанные женщиной слова.
- Получается, это ты горе-папаша Марусечки?! - она неожиданно пристально начинает рассматривать меня. - И правда похожа.
- Вы что мелите, женщина?! - рычу.
- Теперь вижу, в кого такой взрывной характер у девочки, совсем не похожа на Майю. Вся в отца, - продолжает говорить Ирина Витальевна как будто нарочно.
- Это чушь. Майя сказала, что это не мой ребенок, - отвечаю, но без уверенности.
- Раз она так сказала, молодой человек, делай выводы. Не хочет она тебя, значит, видеть. И не хочет, чтобы про дочку знал. Чего тебе не понятно? Бестолочь. Отправляйся домой и не маячь здесь больше. Не травмируй девочку. Оставь в покое. Мой Ярик позаботится и о Майе, и Марусе. А ты... - она смотрит на меня пристально, цепко. - Проваливай! И не лезь туда, куда не пускают!
Ирина Витальевна толкает меня в плечо; освобождая ей дорогу, делаю шаг в сторону.
- Уматывай отсюда. Сейчас же! А не то и вправду полицию вызову, - обещает женщина прежде, чем закрывает за собой дверь.
- Вот стерва, - бормочу.
Но просьбу ее выполняю. Спускаюсь с крыльца и, не замедляя шага, выхожу за калитку. Антон стоит возле машины. Во взгляде тревога.
- Мля, братан?! - возмущается. - Какого хрена ты делаешь?
Я не даю ему больше сказать ни слова. Жестом приглашаю в машину.
- Мы летим домой, - отвечаю на его вопрос, нещадно давя на газ. Авто с визгом срывается с места.
Что ж, раз Майя так решила, я ей дам возможность хорошенько все взвесить, а потом...
"Девочка совсем не похожа на Майю, вся в отца"... "Беременная. Затравленная!" - слова старухи выедают мозг ядовитой желчью, с которой они были произнесены.
Крепче сжимаю пальцами руль. Увеличиваю скорость.
- Макс, мать твою! - вцепившись в подлокотник и ручку на двери, бормочет Антон. - Остановись!
- Все будет хорошо, - цежу сквозь зубы, дергаю последнюю передачу. - Все будет хорошо! - повторяю, а в голове уже прокручиваю разговор с отцом.
Я больше чем уверен, что это он руку приложил к тому, чтобы Майя сбежала. И, прежде чем вернусь обратно за дочкой, разрешу вопрос с ним.
Даша.
В салоне машины слишком душно. Если бы было возможным остановиться и выйти, Даша так бы и поступила. Лучше промокнуть до нитки под проливным дождем, барабанящим по стеклам и железной крыше, чем сидеть взаперти с НИМ.
Девушка искоса глянула на босса. Боже! Какой же он страшный человек. Аж под коленками мурашки собираются, заставляют поджилки дрожать.
Даже ее бывший хозяин не казался ей настолько устрашающим, как Степан Геннадьевич: под густыми бровями прячется суровый взгляд, подбородок волевой, немного выступающий вперед, а на скулах желваки так и ходят. Это значит, что мужчина злится.
Поерзав на сиденье, Даша пытается немного увеличить между ними расстояние, но стоит Степану Геннадьевичу покоситься в ее сторону, как девушка будто прирастает к месту.
- Даша. Я надеюсь, ты осознаешь, насколько непроста ситуация? - босс сжимает холодные пальцы девушки. - Я не могу тебе доверять полностью. И я привык все проверять.
- Я не в обиде, Степан Геннадьевич, - пожимает девушка плечами, но неприятный холодок в груди от его слов никуда не девается. - Это ваше право, - понимающе ухмыляется Даша.
- Будем надеяться, что маленький срок беременности не помешает точно установить отцовство, - сухо произносит мужчина.
Девушке ничего не остается, как только согласно кивнуть. Да и что она может сделать в данной ситуации? На Макса надежды нет. Даша уже по тому, что он так и не перезвонил ей за все те дни отсутствия, поняла, что здесь что-то не так. А потом списалась в мессенджере с Антоном и выведала у парня, что Максим столкнулся с какой-то девушкой из прошлого по имени Майя. Тут уже все стало более чем понятно.
