– Вот делать не хуй, – хмыкнул Серый.
– Если б его не было, мы бы пошли все вместе, – не согласился Илья.
Через пять минут вернулся улыбающийся во весь рот Коля. В руке он держал стопку прозрачный полулитровых стаканов.
– Илья, ты не заглядывал в окошко, когда покупал пиво? – спросил он.
– Нет.
– Ну и сиськи у нее, – засмеялся Коля. – Они у нее просто вываливаются из кофты, когда она нагибается.
– Видишь, не зря сходил, – хохотнул Сергей. – Если б не Ксюшка, я б тебе позавидовал.
Ксения хлопнула парня по спине.
Подростки протиснулись сквозь раздвинутые прутья и нырнули в беседку, чтобы никто из сотрудников садика их не заметил. Не успели друзья рассесться, как Сергей и Ксюша уже наполняли стаканы.
– За окончание четверти и за каникулы, – предложил Илья, когда выпивка оказалась в руках каждого.
– И за то, чтобы я доучился последнюю гребаную четверть в своей жизни, – усмехнулся Сергей.
– Мы тоже в школе последнюю четверть, – вставил Жорик.
Друзья бесшумно чокнулись пластиковыми стаканами и влили в себя грамм по двести дешевого светлого пива.
Заиграла бойкая мелодия. Ксюша посмотрела на экран: «Матхер». Поморщившись, она нажала на сброс. Если что-то срочное, мать позвонит еще раз. Подождав минуту, Ксения убрала телефон в карман.
– Че хотела? – спросил Сергей.
– Откуда я знаю? – удивилась Ксения и допила оставшееся в стакане пиво.
***
Я позвонила Ксюше – узнать, как она закончила четверть. Но вместо дочки послышался голос без единой эмоции: «Абонент не отвечает. Перезвоните позже», а дальше – короткие гудки.
«Не буду я звонить позже, – подумала я. – Вряд ли это будет приятный разговор». Тут же пришла мысль: «А зачем я вообще звонила?» Ведь я заранее знала ответ. Что-то вроде: «Мам, давай дома» – это лучший вариант, или: «Я че, наизусть должна помнить?» А может: «Откуда я знаю? Мне по фиг».
«Но дочка решила не грубить матери», – улыбнулась я, и постаралась выкинуть мысли о Ксюше из головы. На самом деле не так и важно, что она там получила.
Весь день сон не шел у меня из головы. Перед глазами стоял образ Владимира. Последний раз такие яркие сны мне снились в первые полгода после смерти Юры.
Я старалась думать о работе, о заказах, пыталась разобраться в новой программе-таблице потенциальных клиентов, но душой я была уже в завтрашнем выходном.
– Маша, ты не заболела? – спросила Вика.
– Голова немного болит, – соврала я. – Никак не могу сосредоточиться.
– Бывает такое, – с полным безразличием кивнула Вика и снова уткнулась глазами в экран.
Спрашивается: «Зачем интересовалась?» Я легонько пожала плечами, и встала. Подойдя к маленькому столику, я нажала кнопку электрического чайника. Насыпав в чашку полторы ложки кофе и три ложки сахара, я стала ждать, пока закипит вода. «Маша, нельзя пить так много кофе. От него сердце портится, бессонница мучает», – вспомнилась фраза Юры. И сразу всплыл мой, как мне казалось, романтичный ответ: «Пока ты рядом, моему сну и сердцу ничего не грозит».
В тот самый момент, когда я шла от столика к своему рабочему месту, в кабинет вошла начальница.
– Так-так-так, – скривив губы, произнесла она. – Бумаги разложены на столе, а вы, Мария, несете туда кофе.
– Там только распечатки, – оправдалась я. – Ничего важного.
– Да на работе, похоже, для вас вообще ничего важного нет.
Я, молча, вернулась к столику, где стоял чайник. Сделав один маленький глоточек, я слегка ошпарила язык. Поставив бокал, я вернулась к компьютеру.
Начальница еще секунд пять внимательно разглядывала меня, а потом вышла. Видимо, забыла, зачем приходила.
Через десять минут я вспомнила про кофе и выпила его в три глотка.
Чтобы хоть как-то убить рабочее время я решила, как ни странно, заняться работой. Я начала обзванивать крупных потенциальных клиентов. В этой группе отклик был меньше процента, но, если рыбка ловилась, то крупная.
Видимо, везде сидели такие же, как я – менеджеры-секретари. После двадцати звонков на моем счету было тринадцать отказов и семь фраз: «Мы рассмотрим ваше предложение. Если оно нас заинтересует – мы перезвоним».
Последние полтора часа закончились игрой в пасьянс «Паук» в две масти. Одну партию я запорола, зато в конце двух других была вознаграждена убогим салютом из разноцветных пикселей.
Сегодня на часы я посмотрела столько же раз, сколько за весь предыдущий месяц. «Наверное, Ксюша так же сидит в школе. Словно в заднице не просто шило, а целый дикобраз».
За пять минут до официального окончания рабочего дня, я уже собралась. Заглянула начальница.
– Свободны, – сказала она.
Слово в моей голове прозвучало, словно выстрел на старте спринтерского забега. Выключив компьютер, я надела пальто.
– Пока, девочки, – сказала я и выпорхнула из плена офиса.
Даже без надетого капюшона было жарко. «Пора переходить на плащ, – подумала я. – Под ним носить платье будет еще удобнее».
Купив в магазине килограмм бананов и маленький торт «Сказка», я быстро дошла до дома. Спроси меня кто-нибудь, откуда такое возбуждение, я бы не ответила. Из-за Ксюши? Нет. Лень работать? Нет. Может, из-за сна? Тоже ерунда. Я все списала на выходные.
