— Наверное, понимаю, — дьяволица нервно прикусывает нижнюю пухлую губу. — Просто не хочу, чтобы такое повторилось. Я же чуть не потеряла тебя. Помню, когда Ахерон вышел с печальным взглядом из операционной, тогда у меня весь мир рухнул, — Люцифер стирает слёзы с девичьих щёк, не отрываясь от её больших глаз, взгляд которых передаёт всю пережитую боль. — Я уж думала, что это всё. Мне тогда в один момент жить не захотелось, потому что душа умерла, — голос трясётся, но она не останавливается, продолжая говорить. — Но, когда мне сказали, что ты под аппаратами, но шансов на выживание почти нет, то я обрела хоть какой-то стимул найти в себе силы. Я верила, что ты пойдёшь на поправку, потому что ты не мог меня бросить. Я ходила к тебе по ночам и верила. Только верила. И была рядом.
— Вики…
— Замолчи, — требует она и тянется к его губам, дабы чувственно поцеловать и насладиться ими.
Они размеренно целуются, и Уокер осторожно подталкивает Люцифера к дивану. Оседлав его, она не переходит границ, понимая, что секс на данный момент будет лишним. Каждый это понимает, поэтому лишь сминают ласково губы друг друга, упиваясь моментом жизни.
— Мне многое нужно тебе рассказать, — выдыхает Вики, отстранившись от губ мужа.
— Думаю, времени у нас достаточно, — руки дьявола в принятом любящем жесте скользят по бёдрам Уокер, на которой надеты короткие шорты.
Они восстанавливают дыхание, не прерывая прикосновений. Сейчас они попросту не смогут оторваться от друг друга: каждому хочется чувствовать физически нахождение любимого крылатого рядом.
Вики рассказала Люциферу все новости, что произошли за время его комы: о войне, о взятии цитадели и завоевании власти на небесах. Теперь Ад имеет полное право управлять жизнью небес, и теперь совет цитадели не будет состоять исключительно из ангелов.
Также Уокер с горящими от счастья глазами поведала о своей беременности. О том, что родители и друзья знают о её положении. О том, что они ждут мальчика, о котором там грезили.
— Сатана хотел объявить Аду о наследнике, но я упиралась последние дни, — усмехается дьяволица и откладывает лекарства на прикроватную тумбу спальни, куда они успешно перебрались для отдыха, перевязывав мужу грудь и спину бинтом и закрепив повязку через плечо.
Вики умолчала только о двух важных фактах: Оливере и совершённой ею мести. Это точно не понравится Люциферу, а сейчас не хотелось портить спокойный вечер.
— Объявить всё равно придётся, — утверждает Люцифер и целует руки жены, которые только-только закончили его лечить, что слегка опешило дьяволицу. — Но только тогда, когда я закреплю за тобой сильную охрану.
— Насчёт этого, — тушуется Вики, вновь оседлав мужа, так как перевязку она делала стоя. — Можно я не буду работать с недели так двадцатой? — заламывает пальцы, хрустя суставами. — Я устала, прости, но для меня это слишком тяжело сейчас. Я хочу быть обычной дьяволицей. Быть твоей женой и матерью нашего ребёнка. На ближайшее время так точно, а потом, думаю, я смогу вернуться к правлению. Но из-за последних пережитых месяцев, я не могу продолжать работать, как прежде. Мне правда нужен отдых.
— Я понимаю тебя, — спокойно принимает решение жены, потому что никто ей не смеет что-либо указывать. — Поверь, мне главное, чтобы ты была счастлива. И я вижу, что на данный момент тебе вовсе не легко. Поэтому я не имею права решать за тебя, я могу только постараться сделать твою жизнь лучше и всё.
— Спасибо, — они заваливаются на постель, поудобнее располагая головы на пуховых подушках. — Я и сейчас счастлива. Счастлива, потому что ты в порядке. Это для меня главное, — атмосфера откровенности на мимолётные секунды погружается в благословенную тишину. — Как назовём сына? — вдруг выдаёт Вики, неуклюже переворачиваясь набок, чтобы смотреть на супруга во время разговора. — Ну-у… я имела в виду, что нам стоит обоим подумать над этим, — мягко улыбается, наблюдая за тем, как Люцифер задумчиво нахмурил брови.
— Левиафан, — чётко выдаёт дьявол, повернув голову к жене. Всё-таки ему с повязками не очень-то и удобно менять положение. — Не знаю почему, но всегда хотел, чтобы моего сына звали именно так, — мечтательно ухмыляется, смотря добрым алым взором на удивлённую Вики.
— Левиафан, — задумчиво смакует имя дьяволица, опустив отрешённый взгляд на татуированную шею мужа. — Леви, — смешно морщит носик, думая над именем, предложенным дьяволом.
— Я просто предложил, Ви. Тебе рожать ребёнка, поэтому решение должно быть за тобой.
— Это нечестно, оба должны решать, — покусывает губу, обдумывая. — Мне нравится имя Левиафан, правда, — улыбается прелестно, прикусив пальчик зубами. — И я рада, что смогу осуществить твою мечту.
— Почему ты такая хорошая? — любяще насмехается, наслаждаясь прекрасным настроением жены. — Ты же ангел, Ви, но точно не демон.
— Ага, прям святая, — хихикает Уокер, чмокая мужа в щетинистую щёку. — Я, если что, ещё крещённая, — вспоминает этот факт и громко смеётся над всей абсурдностью. Не бывает крещённых демонов. За исключением таких, как она, видимо.
