По обеим сторонам от нее были лестницы, ведущие на второй этаж. Кэролайн осторожно пошла вперед, заглядывая во все комнаты. Она представила себе этот дом, наполненный смехом. Он оказался похожим на тот, в котором прошло ее детство. На первом этаже располагались утренняя комната, библиотека, гостиная, музыкальная комната, столовая и большой бальный зал.
— Единственная комната, в которой я провожу много времени, это мой кабинет, — сказал Уэймерт, беря ее за руку.
Она вздрогнула от этого прикосновения.
— Не бойся, Кэролайн, — тихо успокоил он, — я не укушу тебя.
Нерешительно улыбнувшись, она сжала его пальцы вместе с ним прошла в кабинет.
Это было довольно большое уютное помещение, в котором слабо пахло табаком. По обеим сторонам от большого дубового стола находились два черных кожаных кресла, а перед камином стоял диван, обитый темно-зеленым бархатом. Письменный стол был завален бумагами, и ей вдруг стало интересно, чем ее молодой муж занимается в свободное время.
— Здесь есть слуги, милорд? — Небрежно спросила она.
— Меня зовут Брент, Кэролайн, — сказал он ровным тоном, отпуская ее руку. — Мы теперь муж и жена, так что зови меня по имени.
Она мгновение помолчала, потом ответила:
— Конечно, Брент. Он обернулся.
— Сейчас у меня служит только одна экономка, Недда Олбрайт. Пока меня не было, она работала у преподобного Дрейкмонда, а вчера вернулась ко мне. К твоему приходу она приготовила второй этаж. Здесь есть также Дэвис и еще трое конюхов, которые следят за моей конюшней — вернее, за тем, что от нее осталось. — Отвернувшись, он снял плащ и бросил его на спинку дивана.. — Через несколько дней я уеду по делам, а потом найду тех слуг, которые работали здесь раньше.
Кэролайн позволила себе усмехнуться: — Целых четыре человека заведуют твоей конюшней, и только один работает в доме?
Он обернулся и скрестил на груди руки.
— Именно так. Дэвис и Недда отвратительно готовят. Пока я не найду кухарку, нам придется довольствоваться хлебом, сыром и фруктами.
— У Дэвиса есть имя? Брент улыбнулся:
— Конечно, но вот уже тридцать лет я зову его просто Дэвис, так же, как и все остальные. Он, пожалуй, и сам не помнит, как его зовут. Но на твоем месте я бы держался от него подальше, — добавил он с озорной усмешкой. — Дэвис — парень с чудинкой. Он называет всех женщин кобылами.
Она тихо засмеялась.
— Я это запомню.
Он нагнулся ближе, и сердце Кэролайн затрепетало. От Брента слабо пахло мылом и мускусом. Она со страхом ждала, что он ее поцелует.
— Ты умеешь ездить верхом, Кэролайн? — неожиданно спросил он.
— Конечно, — отозвалась она, удивленная этим вопросом, и обхватила локти ладонями, будто защищаясь.
— Но готовить ты не умеешь, не так ли, моя маленькая женушка? — прошептал он и, медленно подняв руку, провел большим пальцем по ее открытой ключице.
Кэролайн вздрогнула. — Нет.
— Нет? — сипло переспросил он, продолжая ласкать ее кожу. — А что ты умеешь?
Она пожала плечами, опустила ресницы и уставилась на его грудь.
— Я… выращиваю растения.
— Хм-м. Опять садоводство.
Он положил руки ей на плечи и принялся нежно массировать их.
Кэролайн затаила дыхание. Эти прикосновения были не слишком интимны для молодого мужа, уединившегося с собственной женой, но они ее взволновали. И Брент это заметил.
— Тебе нравится? — хрипло прошептал он.
Она кивнула, чувствуя, как тепло его ладоней проходит сквозь кожу.
— Расскажи мне о своих сестрах. Как их зовут?
Она моргнула. Это был неожиданный поворот в разговоре.
— Моих сестер?
Он небрежно пожал плечами.
— Я бы хотел побольше узнать о твоей семье.
Он смотрел на нее с любопытством, лаская ее предплечья.
Заставив себя расслабиться, она пробормотала:
— Джейн — самая старшая, ей тридцать. Мэри-Энн — двадцать семь, а мне, как ты знаешь, будет двадцать шесть через восемьдесят шесть дней.
— Через восемьдесят шесть дней, Кэролайн? — повторил он с усмешкой.
— Следующая — Шарлотта… — Она запнулась.
— Шарлотта? — Он перестал ее ласкать и хмуро сдвинул брови. — У тебя есть сестра по имени Шарлотта?
Она слегка подалась назад.
— А что плохого в этом имени?
Он посмотрел на нее в упор, потом опять взялся за массаж.
— Продолжай.
Кэролайн сделала глубокий вдох.
— Шарлотте двадцать два года, а самая младшая — Стефани. Ей семнадцать. Они все замужем, кроме Стефани, которая выйдет замуж следующей весной.
— М-м-м…
Повисла неловкая пауза. Наконец Кэролайн вздохнула.
— А у тебя есть близкие родственники?
— Нет.
— О… — Она помолчала. — А сколько тебе лет, Брент?
— Восемнадцатого марта будет тридцать четыре. — Он улыбнулся. — Сколько это дней, Кэролайн?
Она чуть не рассмеялась, услышав этот вопрос.
— Двести двадцать четыре дня, милорд.
Брент смотрел на нее с удивлением. Ему понадобилось намного больше времени, чтобы сложить в уме числа, проверяя результат. Кажется, ему досталась умная жена. Кэролайн, улыбаясь, смотрела на него, и он вдруг подумал, что она не только умна, но и красива. Глаза цвета темного шоколада, ямочки на щеках и чудесная белозубая улыбка делали ее невероятно привлекательной.
— Замечательно, — сказал Брент, слегка приподняв бровь.
