Дети уже слышали новости. Мы планировали рассказать им все вечером, за ужином, но ребятам уже все известно. Интернет и друзья-приятели опережают нас с Миллисент.
Если Рори и взволнован, то вида не показывает. Его рука сжимает мобильник, связующую нить с его подружкой.
Лицо Дженны как каменное. Ее глаза, обычно такие выразительные, смотрят сквозь нас. Дочь не слушает нас и не слышит. Ее нет в комнате вместе с нами. Я не знаю, где она. Дженна ничего не говорит, пока мы с Миллисент пытаемся внушить ей то, что уже повторяли неделями: ты в безопасности.
Мне кажется, она нам не верит. Я даже не убежден, что сам верю нашим словам. Все, что Дженна считала правдой, оказалось неправдой. Оуэн никогда сюда не возвращался. Это был кто-то другой. А кто – никто понятия не имеет.
Я не могу винить дочь за молчание. Мне тоже хочется помолчать.
Пока мы ее уговариваем, Рори вскакивает и устремляется к лестнице. Уже набивая в телефоне какую-то эсэмэску. Дженна продолжает глядеть сквозь нас.
– Малышка? – дотрагиваюсь я до руки дочери. – Ты в порядке?
Дженна поворачивается ко мне, ее взгляд фокусируется:
– Это все была ложь. Убийца, возможно, никуда не уехал.
– Мы еще этого не знаем, – говорит Миллисент.
– Но такое ведь может быть.
Я киваю:
– Может быть.
Проходит минута, другая.
– Ладно, – произносит, наконец, Дженна, выдергивая руку из-под моей ладони. И поднимается: – Я пойду наверх.
– Как ты себя чувствуешь?
– Нормально.
Мы с Миллисент провожаем дочь глазами.
Остаток вечера я провожу в Интернете, подыскивая для нашей семьи новое место жительства. Я просматриваю сайты о погоде, школах, стоимости жизни и, конечно же, новости. Так необычно – не знать, что будет дальше. С тех пор, как я написал Джошу первое письмо, большинство новостей меня не удивляли. Я уже знал содержание писем и мог догадаться, как их истолкуют. Даже сообщение о теле Наоми не стало для меня неожиданностью. Я не был в курсе деталей, но знал, что его найдут.
Единственное, что меня тогда удивило – это порезы бумагой.
Теперь иначе. Ничего знакомого. Ничего ожидаемого. И мне это не нравится.
Я смотрю новости по телевизору, как будто я в эту историю не вовлечен. Как будто я – просто зритель. И, поскольку я не в силах изменить ее ход, я только надеюсь. Каждый раз, когда я включаю новости, я надеюсь, что сестра Оуэна окажется лгуньей. Но в один из вечеров я стою на заднем крыльце, смотрю по мобильнику одиннадцатичасовой выпуск новостей и… Увы, Джош говорит иное.
Он вещает из студии – в пиджаке и галстуке. И его лицо выглядит так, словно он побрился за несколько минут до эфира. С самым что ни на есть серьезным видом Джош сообщает зрителям, что Дженнифер Рили возвращается в страну. Она хочет обелить имя брата.
У меня снова возникает желание отшвырнуть телефон. Но его перебивает скрип сбоку дома. Встав с крыльца, я всматриваюсь в темноту.
Рори.
Он все же продолжил убегать из дома после того, как я его застукал.
Или точнее: он смог и дальше ускользать из дома после того, как я его за этим застал. Интересно, сколько раз я его пропустил?
Сын замечает меня, едва его ноги касаются земли. Рори только выбирался из дома, а не возвращался обратно.
– О, – восклицает он. – Привет.
– Решил подышать свежим воздухом?
Ничего не признавая, сын пожимает плечами.
– Садись потолкуем, – говорю я.
Но вместо того, чтобы сесть на крыльцо, мы проходим вглубь двора. Там – между большим дубом и демонтированной игровой площадкой – стоит стол под зонтиком, для пикников.
– У тебя не так много мест, где ты можешь поговорить об отлучках из дома, – замечает Рори.
Еще несколько дней назад, когда Оуэн вроде бы исчез навсегда, такой комментарий меня бы не задел. Я и сам собирался поговорить с сыном о его первой девушке. Теперь я воспринимаю этот разговор как рутинную обязанность.
Я указываю на одну из скамеек:
– Сядь. А ну, сядь, я сказал.
Рори садится.
– Во-первых, говорю я, – ты, наверное, заметил, что у твоей сестры проблемы. Ты – ее единственный брат. И, я думаю, ты не хочешь, чтобы ей стало хуже?
Рори мотает головой.
– Конечно, не хочешь. Я в этом уверен. И поэтому ты не расскажешь ей свою версию о том, будто бы я обманываю твою мать.
– Версию?
Я смотрю сыну прямо в глаза.
Он снова мотает головой:
– Нет, я не собираюсь ей этого рассказывать.
– Я также понимаю, что ты не сравниваешь себя со мной, хотя тоже норовишь улизнуть ночью из дома. Потому что ты более чем вдвое моложе меня. И повзрослеешь еще не скоро. Ты не должен сбегать из дома.
Рори кивает.
– Что? – уточняю я.
– Я и не думал сравнивать себя с тобой.
– И я также знаю, что на мой вопрос, куда ты бегаешь по ночам, ты не ответишь мне – «потусить с Дэниэлом». Потому что ты идешь сейчас не к Дэниэлу, так?
– Да.
– Ты сбегаешь из дома, чтобы увидеться с Фейт Хаммонд.
– Да.
– Отлично. Я рад, что мы все прояснили.
Мобильник Рори вибрирует. Сын переводит глаза с телефона на меня.
– Давай ответь.
– Да все нормально.
– Не заставляй Фейт ждать.
