Испытывала ли она подобные ощущения? Надя не помнила. С Никитой все было не так. Никаких сполохов, текущей лавы, раскаленного воздуха и неистового желания раствориться в партнере, стереться в пыль и улететь облаком в открытое окно, рассеяться в небе. Стать частичкой вселенной и успокоиться навсегда.
Маленькая смерть. Французы называют это ощущение маленькая смерть.
С Никитой Надя не умирала и не рождалась заново. Было как-то по-другому, реальность не терялась, сознание не меркло. Чувство времени всегда присутствовало. Происходившее, участвующие в этом процессе органы, а также возникающие при этом ощущения тоже носили официальные названия из популярных статей «про это».
Почему же с Филиппом все иначе? То, да не то. И вроде мужчины – такие одинаковые?
Они лежали, тесно сплетясь в объятиях, и все еще продолжали содрогаться, ловя телами уходящие мгновения острого наслаждения. Потом постепенно успокоились и просто лежали рядом.
Надя тихо засмеялась.
– Доктор помог тебе? – шепотом спросил Филипп.
Она вздохнула, потерлась щекой о его плечо.
– Доктор меня буквально спас.
Он тоже засмеялся, поцеловал ее в висок, потом в щеку, в губы… Куда попало. Надя хотела встать, потянулась было, но Филипп не отпустил ее.
– Останься, – мягко произнес он.
– Оля будет волноваться.
– Какая Оля?! Останься, солнце! Куда ты все бежишь, чего боишься?
– Мне слишком хорошо. Я даже не верю, что это со мной происходит, – призналась Надя.
– Тогда не торопись. Как там? Остановись, мгновенье, ты прекрасно!
– Ты мне слишком нравишься, – вырвалось у нее. – Я, кажется, влюбилась.
– Так я сразу в тебя влюбился, – с забавным, простодушным выражением произнес Филипп.
Надя повернулась на бок, опираясь на руку, принялась разглядывать Филиппа, провела другой рукой по его груди, животу – крепкому, подтянутому, с хорошо прорисованными кубиками.
– Значит, я тебе нравлюсь… – промурлыкал он.
– Очень, – честно произнесла она.
– Боже, как это приятно! Ты знаешь, мне кажется, сегодня был самый лучший день в моей жизни.
– Самый лучший день, – эхом отозвалась она.
– Останься. Я завтра целый день свободен.
– Нет, я утром уеду.
– И как я буду без тебя? Не представляю, – вдруг произнес он совершенно серьезно, даже печально.
– Сейчас позвоню Оле и вернусь, – Надя встала, накинула на себя халат, ушла в прихожую. Нашла на пуфике свою сумочку (как и многое у нее, купленную на известном сайте), достала телефон. А вдруг промок? Но нет, гладкий дерматин позволил ему остаться сухим.
Надя набрала номер.
– Алло, – отозвалась Ольга строгим, сдержанным голосом.
– Оля, я сегодня не приду.
– Все в порядке?
– Да. Я приду завтра.
Пауза. Кажется, Ольга хотела о чем-то спросить, но не стала этого делать. Потом коротко вздохнула и ответила:
– Ладно, – не прощаясь, подруга нажала на кнопку отбоя.
– Пока, – пробормотала Надя и положила телефон обратно в сумочку.
Она вернулась в комнату, скинула халат и упала прямо в руки Филиппа. Так и не расцепив объятий, они заснули. Пару раз за ночь, правда, Филипп просыпался, и каждый раз присутствие рядом Нади заставляло его повторять пройденное. Утром, когда влюбленные в очередной раз проснулись, Филипп опять потянулся к ней.
Она, сонная и усталая, просто позволила ему делать все, что тот пожелает, но даже в этом состоянии Надя не могла сдерживать утомленной, блаженной улыбки.
Потом Филипп приготовил завтрак – кофе и омлет. Сидя на диванчике, поджав ноги и кутаясь все в тот же халат, Надя наблюдала за своим возлюбленным, как тот ловко орудует у плиты.
– «Самый лучший день… – негромко, с чувством запел Филипп, подбрасывая омлет на сковородке, – …заходил вчера!»
– «…Ночью ехать лень, пробыл до утра…» – подхватила Надя.
– «…Каждый раз просыпаясь с рассветом, неспроста вспоминаешь об этом…»
– «…Очень здорово все-таки жить!..»
Они допели следующий куплет вместе. Филипп поставил перед Надей тарелку:
– Солнце, если ты останешься, обещаю тебя радовать завтраком каждое утро.
– Это шантаж, – заявила Надя, берясь за вилку.
– А то! Я известный шантажист и манипулятор. И абьюзер, занимающийся газлайтингом.
– Ты уже пытаешься меня отпугнуть? – прищурилась Надя.
– Я тебя готовлю к счастливому будущему… – Филипп не договорил, бросил вилку с салфеткой, сдвинул Надины ноги вниз и сел с ней рядом. Они сидели довольно долго, прижимаясь друг к другу. Ощущая, как у каждого бьется сердце, поднимается грудная клетка от дыхания.
Собрались кое-как, потом отправились к машине Филиппа. Утро было солнечным, но в некоторых местах на дороге все еще стояли лужи.
– У меня завтра смена. Встретимся послезавтра?
– Как пойдет, – рассудительно произнесла Надя.
– Не лишай меня надежды! То есть себя…
Около одиннадцати Филипп притормозил машину неподалеку от Надиного дома.
– Ближе не смогу – там все перекопано.
– До свидания, милый, – потянулась она к нему с поцелуем.
– До свидания, солнце, – с нежностью, очень серьезно и очень взволнованно ответил Филипп. Поцеловал Надю, обнял, долго не отпускал. Потом предложил: – Послушай, а давай сейчас к тебе зайдем. Буквально на пять минут, обещаю.
– Нет! У нас с Олей договор.
