Ответ пришел неожиданно быстро, и он состоял из одного лишь адреса. «Обиделся? – растерянно подумала Надя. – Или ему некогда, как всегда, очередной сложный вызов? Ладно, раз Филипп прислал адрес, значит, он не против, если я отвезу Луку к Петру Васильевичу!»
– Никита, спасибо тебе, – убрав телефон, обратилась Надя к бывшему мужу. – Да, вот тебе тысяча.
– Надюш, ну зачем?..
– Бери-бери, я и так тебя сегодня напрягла! Спасибо тебе огромное, ты меня очень выручил!
– Ну, ладно. И вот что, Надюш, – потупив глаза, печально произнес бывший муж. – Я тут подумал… Мы с тобой и вправду давно друг другу чужие. Любви между нами нет, у тебя своя жизнь уже. И это… Давай уж попрощаемся – раз и навсегда.
– Давай, – легко согласилась Надя. – Прощай, Никита.
– Прощай, Надюш, – Никита улыбнулся одними губами. – И все. Больше не звони мне, не проси помочь. Раз уж чужие, так чужие теперь навсегда.
– Логично, – согласилась Надя. Проводила бывшего мужа, закрыла за ним дверь.
– Лука! Лука-а!
– Чего тебе? – высунув голову в коридор, хмуро спросил мальчик.
– Поехали к папе.
– К какому папе?
– К твоему. Родному. К Петру Васильевичу. Поживешь пока там.
– Зачем? – возмутился Лука. – Мама ничего такого не говорила, что надо… к этому ехать…
– А что делать? Филипп работает, мне тоже надо работать. Мамы твоей нет. Вот пусть твой родной отец за тобой пока присмотрит.
– Я никуда не поеду!
– А тебя и не спрашивают. Собирайся, я уже такси вызвала.
– Какое такси, блин?.. Ты сумасшедшая, я от тебя вообще сейчас уйду! – заорал гневно Лука.
– А уйдешь – я в полицию заявлю. Скажу, что сбежал ребенок! И твоей маме очень не поздоровится, что она родного сына вот так запросто на чужих людей бросила. Ты этого хочешь?
Лука помотал головой.
– Тогда молчи и собирайся. – Надя помолчала и добавила уже мягче: – Я думаю, все образуется. А завтра Филипп за тобой приедет.
Через десять минут Надя с насупившимся, хмурым Лукой уже садились в такси.
– Ты, как я понимаю, никогда не видел своего родного отца? – в пути спросила Надя.
– Кого? А, этого?.. Да мне до лампочки…
– Кажется, он неплохой человек. Правда, уже сильно в возрасте, но что ж такого?
– Да мне плевать, я сказал, – огрызнулся Лука.
– То есть к брату, к Филиппу, ты буквально рвался, а к родному отцу – нет? Не понимаю… – с мрачным ехидством заметила Надя. Лука ничего ей не ответил.
Им повезло: в подъезд они зашли за какой-то женщиной, не пришлось возиться с переговорным устройством внизу. Поднялись на нужный этаж. «Теперь бы только старика подготовить!» – подумала Надя и нажала на кнопку звонка.
– Кто там? – раздался из квартиры приглушенный, бархатно-низкий голос.
– Я Надя. От Филиппа. Со мной Лука. Лука – сын Лоры, – подумав, добавила Надя.
Дверь распахнулась: на пороге стоял довольно высокий (определенно выше Филиппа), широкоплечий немолодой мужчина. С седыми, точно серебро, волосами до плеч и благородным лицом актера, играющего почтенного доброго короля. В джинсах, растянутой трикотажной кофте, тапочках на босу ногу. Но ничего жалкого в его облике не замечалось, скорее, это была небрежность хипстера зрелого возраста, а не доживающего свой век старика. Да и стариком Петра Васильевича просто невозможно было назвать!
– Лоры? – задумчиво переспросил Петр Васильевич.
– Да. Лора утверждает, что это и ваш сын. Она молчала много лет, думала, вы в отъезде.
– Какой сюрприз, однако, – удивленно произнес мужчина. – Так это мое дитя? Прелестно!.. – Петр Васильевич окинул взглядом Надю, оценивающе: – А вы – подруга Филиппа? А где Лора? Ничего не понимаю!
– Лора куда-то пропала. Филипп на работе. Я тоже должна работать. Луку не с кем оставить. Завтра придет Филипп, что-нибудь придумает. Всего доброго. А, вот еще комплект постельного белья и сумка с едой на всякий случай. Я захватила у Филиппа, вдруг у вас нет…
– Ничего себе! А вы что же, милая барышня, собираетесь нас покинуть? – голос у Петра Васильевича в первый раз дрогнул.
– Да.
– Мину-утку… Но это невозможно!
– Почему нет? Посидите один день со своим родным сыном. Лука взрослый, особого ухода не требует. Лука, слушайся папу, – мрачно произнесла Надя.
Лука молча упал в кресло напротив, положил ногу на ногу. Его лицо выражало тоску и недовольство. «Бедный ребенок… Все от него отказываются. И даже родная мать от него сбежала! – с отчаянием подумала Надя. – Может, остаться с ним, не отдавать?» Но тут же передумала, вспомнив, что сегодня устроил Лука. В ней уже не было ни сил, ни желания возиться с чужим ребенком. Даже больше того: Надя почувствовала раздражение. Раздражение к Филиппу, поставившему ее в такое положение.
– Но кто сказал, что это мой сын?!
– Лора.
– Да эта Лора… – взвился Петр Васильевич, но Надя предупреждающе подняла руку:
– Пожалуйста, не при ребенке. Он ни в чем не виноват. Завтра придет Филипп, вот с ним все и выясняйте…
Произнеся это, она покинула квартиру Петра Васильевича, закрыв за собой дверь.
