Моя исповедь. Невероятная история рок-легенды из Judas Priest полностью

По херу! Нам было плевать! Мы были Judas Priest и гастролировали по Америке!

Первые пять концертов прошли в Техасе, где у нас уже была армия поклонников, в основном потому, что местному радио-диджею Джо Энтони понравился альбом Sad Wings of Destiny, и он ставил его до посинения. Когда мы приехали к нему на шоу дать интервью, он был от нас в таком восторге, как будто увидел «Битлз».

В большинстве городов мы выходили в абсолютной тишине, подрубали оборудование и пытались снести крышу. Была гробовая тишина, и у пришедших, видимо, возникал вопрос: «Кто это, блядь, такие?» – а затем мы покоряли их грубой силой и громкой музыкой.

Поскольку REO Speedwagon и Foreigner были популярными, мы выступали на крупных площадках. В Сент-Луисе мы играли на стадионе перед толпой в 45 000 человек, хедлайнером шоу был Тед Ньюджент. Тед качался на сцене с горящим луком и стрелами, как Тарзан, потому что… Ну, потому что он такое любит.

Казалось, толпа бесконечна… но сам концерт мне не понравился. Я нервничал и всю ночь не спал, да еще и палящее солнце светило и припекало ноги, поскольку я был в кожаных ботинках с металлическим мысом. Мне казалось, что у меня галлюцинации.

Но со всем справляешься, и я подумал о том, чему научился еще в Большом театре: «Когда выступаешь, старайся дотянуться до парня в самом конце». И я прыгал и махал, и приукрашивал каждое свое движение, и похоже, это сработало.

Мы любили колесить по Штатам, но я не мог дождаться, когда снова вернусь в Нью-Йорк, куда мы прилетали ночевать после последних нескольких концертов тура. Обратно в Нью-Йорк мы прилетели 13 июля 1977-го, и нас затянуло в один из самых скандально известных ночных клубов в истории города.

Не успел я вернуться в наш убогий отель возле Центрального парка, как свет в нашем номере без окон на 12 этаже погас. А? Я побежал к запасному выходу, где наткнулся на Яна, и выглянул в окно. Весь город объял мрак. Это какой-то сюрреалистичный сон?

Я зажег спичку, чтобы видеть, куда идти, и мы кое-как спустились через запасной выход. Когда мы наконец пришли, бар отеля был забит до отказа. Кто-то припарковал машину на тротуаре и оставил передние фары, чтобы они освещали комнату. А затем все принялись жестко бухать.

Это по-ньюйоркски: закатить вечеринку, вместо того чтобы горевать и вешать нос.

В Нью-Йорке у всех была паранойя из-за Сына Сэма, и стало хуже, когда по всему городу начались мятежи и мародерство. Мы всю ночь слышали выстрелы, а на следующий день я узнал, что все кварталы Бродвея сожжены и арестовано более четырех тысяч хулиганов и бунтовщиков.

Гленн прилетел позже всех и приехал в отель бледный как смерть. Он ехал на такси из аэропорта и видел мародеров с бейсбольными битами, громивших витрины и грабивших водителей в тоннелях из аэропорта. Ему удалось сбежать целым и невредимым, но его реально трясло от увиденного.

На следующий день свет появился, и мы завершили тур в нью-йоркском «Палладиуме», и это было настоящее событие. Затем мы поднялись еще выше. Arnakata позвонили из Лондона с безумной новостью. Роберт Плант услышал, что Judas Priest колесят по Штатам.

Как насчет двух концертов с Led Zeppelin?

Как?.. Черт, а они-то на какой ответ надеялись? Да мы были вне себя от радости и волнения. Выступить на разогреве у Led Zeppelin в Америке… Господи Иисусе, да это просто сказка какая-то! Единственное препятствие – логистика.

Концерты были в рамках фестиваля Day on the Green в Окленде/Аламиде в Колизее, Калифорния. До тех выступлений была почти неделя, а денег практически не осталось. Поэтому мы прилетели в Калифорнию и заселились в один номер дешевого отеля рядом со стадионом. Промоутером фестиваля был Билл Грэм, и мы задавались вопросом, удастся ли встретиться с этим легендарным человеком. Удалось! В день первого концерта мы слонялись за кулисами в зоне приема гостей. Гленн неуклюже закинул ноги на стол. Пришел Билл Грэм, подошел к нам и сбросил ноги Гленна со стола. «Вы какого хера тут делаете?» – спросил он. Решил, что мы кучка бездельников (он действительно здорово разбирался в людях).

«Это Judas Priest, сэр!» – сообщил ему один из его телохранителей. Билл извинился и после этого был к нам гораздо добрее. Нам удалось с ним подружиться, и каждый наш приезд в Америку он делал все, чтобы мы ни в чем не нуждались.

Шоу прошло невероятно, неземное ощущение. Поскольку у фестиваля был ранний комендантский час, мы выступали ни свет ни заря. Окленд накрыл туман, и, когда мы вышли на сцену, я видел только первые ряды. Все остальное было, гм, как в тумане.

Отыграли мы всего двадцать минут, но туман быстро рассеялся. К концу выступления я увидел 80 000 голов, тянувшихся от самого конца дальних колонн. Это был крышеснос, головокружительный и незабываемый способ завершить потрясающий дебютный тур по Америке.