Моя любимая сестра полностью

Она поворачивается к открывающейся входной двери. У меня внутри все холодеет, когда я вижу фигуру в классическом дождевике от Burberry. Стефани снимает капюшон и встряхивает волосами, которые, как всегда, идеальны. У нее свежий педикюр, а бедра выглядят как два крючка, на которых висят ее белые джинсы. Изможденное лицо тщательно накрашено.

– О боже! – восклицает Лорен и поднимается, чтобы поприветствовать ее. – Выглядишь потрясающе!

– Я самая ненавистная женщина Америки, – говорит Стеф, обнимая Лорен в ответ и радуясь, что хоть кто-то тепло ее поприветствовал. Остальные просто пялятся на нее в шоке.

– Лиз, ничего, что я здесь? – Кажется, она даже задерживает дыхание. Лиза смотрит на Стефани, пытаясь определить ее скрытый интерес.

– Я просто хотела закрыть этот сезон с последними остатками чувства собственного достоинства, – самоуничижительно смеется Стефани. Редко такое увидишь – Стеф смеется над собой. Наверное, случившееся слегка ее присмирило.

– Хочешь, визажист нарисует тебе фингал? – шутит Лиза, и Стефани поникает. – Господи, – быстро добавляет она, – я же шучу. Просто держись, пожалуйста, подальше от автотранспортных средств.

Она щелкает пальцами, чтобы один из звуковиков прицепил Стеф микрофон.

– Можешь подселиться к Лор, – берет слово хитрюга Джен.

Лорен впадает в панику.

– Но Келли…

– Она может перенести вещи в мою комнату, – холодно улыбается Джен.

– Или ты можешь подселиться к Бретт? – предлагает высоким голосом Лорен. Может, Стефани и выглядит удрученной, но нужно быть идиотом, чтобы не спать рядом с ней хотя бы с одним открытым глазом. – Арч приедет только завтра.

– Девчонки, – отвечает Стеф, расправляя руки в стороны для звуковика, словно ее охлопывает офицер транспортной безопасности, – я посплю на диване. Но я рада, что вы хотите, чтобы я осталась. – Стефани обращается ко мне: – Бретт, как там Квеллер?

– Эм, – мычу я, пытаясь подобрать слова. Я никогда не видела Стефани такой смиренной. – Она в порядке. На прошлой неделе ее выписали из больницы.

– Рада это слышать, – искренне отвечает Стефани. Звуковик прицепляет микрофон к вороту ее блузки и завешивает его волосами, объявляя, что она готова. Стеф подходит и садится рядом со мной на диван. – Я бы хотела возместить стоимость ее лечения.

– В этом нет необходимости.

– Пожалуйста, Бретт, позволь мне это сделать.

– На самом деле все было не так уж… – Я оборачиваюсь на топот шагов по коридору.

– Келли, посмотри, кто здесь, – говорит Джен.

Келли останавливается, когда видит Стефани рядом со мной. На ней длинный пушистый кардиган, надетый поверх мини-комбеза.

– Ого. Привет.

– Привет, – робко здоровается Стефани. – Я только что говорила Бретт, что хочу покрыть стоимость пребывания Квеллер в больнице.

– Нам это не нужно, – отрезает Келли и направляется к дальнему дивану. Прежде чем сесть, она со всей силы бросает мой телефон мне на колени. – Зарядился.

– Ты заходила ко мне в комнату?

– Я случайно взяла твою сумку, а ты – мою. – Она ударяет по подлокотнику и даже без тени улыбки добавляет: – Ну разве не смешно?

Нажимаю большим пальцем на кнопку телефона. Экран оживает, ответ Арч на мое последнее сообщение находится под оповещением от Huffington Post об увольнении Трампом Себастьяна Горки.

«И чем будет заниматься Келли, если ты ее уволишь? – написала мне Арч после того, как телефон отключился. – SPOKE – ее единственной работа. Она твой партнер!»

Смотрю на Келли, которая злобно улыбается мне. У меня в жилах застывает кровь. Она прочитала сообщение Арч.

– Давайте играть! – воодушевленно восклицает Келли. Подается вперед, берет с кофейного столика распечатанный опросник и, пока читает про себя вопросы, выгибает бровь. – О, будет весело.

– Первый вопрос, – начинает Келли. Она умоляла, чтобы ей разрешили читать эти вопросы. Она злится и заставит меня поерзать на месте, так что придется выстрадать десять минут этой дурацкой игры и ее извращенных намеков. Вот и все. Она не расскажет истинную причину, по которой, как ей кажется, я не должна выходить за Арч, и дело тут не в том, что мы «слишком торопимся», а в женщине, которая сидит близко ко мне. Она так со мной не поступит.

Верно?

– Какую единственную вещь – помимо тебя, моя драгоценная сестрица – спасла бы Арч от пожара? – Келли выжидающе смотрит на меня.

– Единственную вещь… – Я стараюсь представить нашу квартиру, но вопрос – поступит ли она так со мной? – летает по спроецированному изображению комнаты, как угодившая в ловушку птица, стучащая клювом по стеклу и сбивающая крыльями лампы. – Свою кофеварку, – удается выдать мне. – Она берет ее с собой в командировки и на отдых.

Лорен нажимает «Воспроизвести». Арч задумывается на мгновение.

– Хм-м. Наверное, написанный маслом портрет бабушки, на котором она изображена в моем возрасте.

Лорен ставит видео на паузу.