- Надо подумать, Элен.
- Чего думать, Женюх? Да, и мужика надо в страхе держать. Нельзя им давать уверенность, что ты никуда не денешься. Мужик - тварь особая! Не боится потерять - не ценит, - шепчет Мазай тоном заговорщика.
Ее слова в очередной раз мне напоминают, что шило в мешке не утаишь.
Наши отношения с Шахом для меня все годы - тема болезненная.
Знаю, что за моей спиной шепчутся.
Дескать, столько лет вместе, а все не жена.
Продолжать затронутую Элен тему мне не хочется, потому задаю ей вопрос:
- Скажи, если бы к тебе обратился клиент, желающий развестись с женой по причине того, что она, не захотев иметь детей, сделала аборт, ты бы на чьей стороне была?
- Вот, блядь! Тварь последняя, - в сердцах громко ругается Мазай. - Не хочешь - предохраняйся.
- Подожди. Она это и делала. Но…Клиент хотел детей и настаивал на этом.
- А он с ней этот вопрос обсуждал?
- Да, еще до свадьбы, - говорю задумчиво.
- Если согласилась и сделала аборт, то значит, дважды тварь, - шипит Элен.
Договорить мы не успеваем, потому что нас с клиентом приглашают в зал заседаний.
- Я тебя жду к себе, Жень, - говорит, прощаясь Мазай.
Из здания суда мы с клиенткой выходим в отличном настроении.
Впереди у нас еще немало судебных заседаний, но сегодня нам все же удалось отстоять часть серьезных вопросов.
- Евгения, как Вы думаете, он согласится оставить со мной сына. Понимаете, я не смогу без своего малыша, - кусая губу, тараторит вымотанная неопределенностью женщина. - Женя, он ведь не хотел ребенка. Даже на аборт меня отправлял. А теперь Миша стал его главным козырем.
- Елена, я постараюсь сделать все возможное. При неблагоприятном исходе будем настаивать на обоюдной опеке, - пытаюсь успокоить клиентку.
Попрощавшись иду к своей аудюшке. Но…
Меня ожидает неприятный сюрприз в виде огромного внедорожника с наглухо тонированными стеклами. Он, как бегемот, полностью перекрыл выезд моей ласточке.
Решаю не стучать в водительское стекло. Просто достаю из сумки телефон и начинаю набирать единый номер экстренных служб.
Правда сделать этого не успеваю, как передние двери одновременно распахиваются и из них выходят два амбала метра под два.
Один из них подходит к задней пассажирской двери слева и открывает её.
И из недр черного бегемота появляется собственной персоной РДЗ.
- Нисколько не удивлена вашему явлению, господин Зорин, - задираю голову вверх и раздраженно пфыкаю.
- Я тоже рад! Садитесь в машину, Евгения Юрьевна! Нам есть, что обсудить…
Не скрывая удивления, смотрю на Зорина снизу вверх. Для этого мне приходится максимально задрать голову .
Как не смешно, но в мозге скачут мысли, не относящиеся к ситуации.
Ну, или не совсем по теме.
И так о чем же думает золушка Женя, стоящая рядом с наследным плюмбум принцем.
Мысль раз: «И какого лешего я утром надела угги, а не сапоги на каблуке. С моим метром с кепкой в прыжке сложно смотреть на этого витязя. Нет, викинга. Все же витязи - добрые, а викинги - нет!»
Мысль два: «Ну, и сколько роста в этом алюминиевом отпрыске. Метра два так точно! Если он сейчас своим «кулачком» треснет меня по голове, то я могу по колено в землю уйти. Вот, кстати, и пунктик для уточнения: поднимал ли Зорин на жену руку. Думаю, что не нет. И все же…»
Мысль три: «Почему ЭТО здесь стоит, если мы с ним об ЭТОМ не договаривались?»
- Дайте, мне пройти к машине, - говорю спокойно, но твердо.
- Садитесь в мою, Евгения, - зеркалит мой тон Зорин.
- Роман Дмитриевич, я с клиентами общаюсь только в рабочее время и в кабинете бюро. Позвоните заранее моему помощнику…
На этой фразе открываю сумку-планшет и вынимаю из кармана обычный белый прямоугольник со стандартной информацией.
- Возьмите. И еще секунду. Я посмотрю расписание этой недели. У меня точно нет времени, чтобы уделить его вам…
Посмотреть расписание и сказать о свободном времени не успеваю, потому что телефон перекочевывает из моей ладони в лапищу Зорина.
И при этом он смотрит на меня, словно я дитя неразумное.
- В-в-вы в своем уме. Это статья 158 уголовного кодекса. Она предусматривает ответственность за кражу, - тараторю, придя в себя.
- Женя, садитесь в салон. Я Вас вместе с телефоном верну на место после нашего разговора. И не нужно бояться. Вам ничего не грозит.
- Я и не боюсь. Но… Еще раз вам повторю, что с клиентам общаюсь только в своем кабинете…
- Будем считать, что Вы для меня сделали исключение.
- Нет. Никаких исключений, - заявляю категорически.
- Еще нужно ножкой топнуть…
В глазах РДЗ и по его губам пробегает улыбка, оставляя свой след в ямочках на щеках.
«Ну, почему такая несправедливость. Пушистые ресницы мужикам, и очаровательные ямочки тоже им», - тут же совсем не по делу вопит мой внутренний голос.
- Вы зря испытываете мое терпение, Женя. Садитесь в салон. Иначе я Вас сам в него посажу.
- Это угроза? А жене Вы тоже угрожали? И руку на нее поднимали? Да?