– Вы забыли добавить, что это стало возможно только благодаря квантовому синтезу. Халявная энергия, без которой ни один телепорт не заработал бы. Расскажите нам что-нибудь новенькое. Скучно,– махнул рукой Костя.
– Люди бездумно шли вперед, не пытаясь понять миры, в которые приходили,– продолжал мужчина, не обращая внимание на Костю.– И уж тем более, не надеясь встретить разумную жизнь в ближнем космосе. А потому, когда колонисты столкнулись с ней, они растерялись,– мужчина поднял глаза и посмотрел на друзей. Они молчали. Даже Костя не нашелся, что сказать. Уже много десятилетий шла экспансия космоса. Но ни разу за это время человечество не наткнулось ни на одну обитаемую планету. И уж тем более не встречало разумных существ.
Аборигены жили на одной из планет запрещенного ныне сектора,– продолжил МИКовец.– В своем развитии они мало чем отличались от земных обезьян. Во всяком случае, так мы тогда думали. Мы даже не стали их изучать, а просто основали новую колонию на их планете. Вторглись в их мир, не считая нужным спросить разрешения у хозяев дома. В оправдание хочу сказать, что в те времена еще не существовало четкого регламента на такой случай. И основание колонии возле поселения аборигенов казалось логичным шагом. Так было проще выйти с ними на контакт и просто изучать их уклад жизни.
– Я же говорил, они там что-то скрывают,– не выдержал Давид.– Я знал. Чувствовал.
– Заткнись. Это все чушь. Они пытаются нас разговорить, чтобы впаять срок побольше. Ни хрена там нет. Да и нас там не было,– сказал Костя.
– Но ведь ты видел, сколько там ресурсов и…
– Заткнись. Ни слова больше или мы не друзья!– шепотом, почти неслышно, сказал Костя.
Мужчина с любопытством наблюдал за ребятами.
– Господа, если вы закончили, то я, пожалуй, продолжу,– грозным голосом напомнил он о себе.– В противном случае я вынесу вам приговор, прямо здесь и сейчас. Без всяких объяснений и апелляций.– Друзья умолкли. Костя побледнел. Давид с интересом приготовился слушать дальнейший рассказ.
– Правила освоения космоса нерушимы. Когда основывается новая колония в течение года, каждый новоприбывший является не выездным. Будь то обычный колонист или глава МИК – разницы нет. Ученые изучают местность, а доктора – людей на наличие новых опасных вирусов. Даже спустя почти 250 лет экспансии космоса, ни один научный институт не может спрогнозировать мутации, вызванные в человеке излучением нового солнца, под которым он поселился. А в те времена не могли и подавно. Единственным способом защиты был карантин.
Вскоре стало ясно, что новая планета мало чем отличается от многих других. Как?– скажете вы.– Ведь она обитаемая!– И ошибетесь. Планета была безжизненной. Голый камень и песок, словно прах, покрывал всю ее поверхность. Только жалкая горстка туземцев со своими питомцами обитала на ней. Сначала мы думали, что они выращивают скот. Но нет. Они не ели, не спали, у них не было детей. Их внешний вид и образ жизни разительно отличался от нашего. И я с дрожью вспоминаю их. Но не потому, что аборигены чем-то напоминали помесь паука и обезьяны. Нет. Это было внутри них. Они были словно тени прошлого, словно призраки, не обретшие покой. А планета была их склепом.
Колония разрасталась. Телепорты беспрерывно работали, переправляя на планету людей и необходимое оборудование. Планета стала местом паломничества для антропологов, биологов, историков. Этот список можно продолжать бесконечно. Разумная жизнь. Люди так мечтали найти ее. И нашли. В ближнем космосе. Это был фурор. Спустя полгода умер первый колонист,– МИКовец перевел дыхание и с грустью посмотрел на друзей. Ребята внимательно слушали его рассказ.
