– Теперь надо осторожней. А то вода хлынет потоком,– объяснил старший смотритель. Он стал втыкать круг в гнилостные отходы, медленно расчищая сверху путь воде. Она сочилась сквозь засор. Вода под их ногами стала течь быстрее, унося фекалии дальше по канализации.
– Теперь нужно подождать. Вода сама сделает свое дело,– сказал Абзу, придерживая засор металлическим диском. Он то и дело перемещал его по засору, отрывая новые куски мусора. Постепенно вода стекла, куча мусора уменьшилась, и смотритель добрался до причины засора. Это был труп. Абзу поднес лампу к вздувшемуся лицу покойника.
– Это же он,– на лице старшего смотрителя, даже через маску, можно было различить гримасу омерзения.
– Кто?– спросил удивленный Хараб.
– Тот, что кричал о едином боге,– сказал Абзу и плюнул на труп.
– О, Нергал – великий бог подземного мира. Почему ты не забрал его?
– Ему не положили монетки на глаза. Я сам видел,– ответил Абзу.
– Как? Кощунство,– воскликнул Хараб.– Могли бы хоть кости ему переломать, прежде чем спустить в канализацию. Все знают, что без этого душу не принимают даже воды вечности,– с сожалением глядя на мертвеца, сказал Хараб
– Без монет, никто не вправе осуществить обряд погребения. Ибо, того кто так сделает, покарают боги,– сказал Абзу.
– Я имел в виду переломать кости при жизни. Это не нарушает закон. Да это больно, но лучше чем то, что теперь произойдет с его душой. Ей не попасть даже в подземное царство – удел проклятых и убийц. Он не сможет поесть даже дерьмо и запить его мочой. Всю вечность мира его душа будет голодна и бездомна. Нет более страшной участи,– и Хараб стал суеверно плеваться.
– Поделом ему. Пусть его выдуманный бог поможет ему попасть в царство мертвых,– сказал Абзу.
– Что будем с ним делать?– спросил Хараб. Ему было жалко, что с несчастным так вышло, но он сам избрал свою судьбу.
– Скоро начнутся паводки. Он забьет один из стоков, и мы ничего не сможем сделать до конца сезона наводнений. Надо его вытащить,– Абзу достал из-за пояса металлический крюк и надел его на черенок вместо круга с шипами. Затем он ловко воткнул крюк в ногу мертвеца, и они вместе потащили труп к выходу из канализации.
Возле люка их ждали люди. Человек 10-12, не больше. Они поспешно забрали тело у смотрителей. Подхватили его на руки и унесли в сторону северных ворот города.
– Дураки. Это же вонючий, проклятый труп безумца,– кричал Хараб им в след.– Зачем он им?– ошарашено спросил он у Абзу.
– Быть может родственники. А может друзья,– предположил Абзу.– Это, в общем-то, не важно. Главное теперь не нужно тащить эту кучу говна до городских ворот. Они сделают эту работу за нас. Пойдем, осмотрим остальные люки. Через несколько дней река полностью разольется. Нам нужно привести канализацию в порядок до этого момента.
Хараб утвердительно кивнул, и они пошли вдоль вымощенной камнем улицы, между одинаковых кирпичных домов к следующему канализационному люку.
Сергей отключил ретроскоп, благодаря которому он наблюдал за давно минувшими событиями прошлого. Наконец-то он нашел время и место, которое искал столько лет.
– Так… ну с богом подземного мира и канализацией все давно ясно,– начал говорить он в диктофон.– Каждый год, в священный праздник, за две недели до разлива реки Сарасвати, жители города Ракхигархи казнили трех преступников. Затем, они спускали их в городскую канализацию. Страшное наказание. Ведь души казненных попадали к богу подземного мира во служение и питались исключительно нечистотами.
На глаза распятых, после смерти, клались монеты. Их забирали те, кто готовил тела казненных убийц должным образом. За эту плату они дробили трупам кости и проводили еще ряд нелицеприятных процедур, чтобы тела не застряли в канализации. Если все же такое происходило, и труп застревал, то считалось, что душа такого человека потеряна. Она не сможет обрести покой. Для людей того времени это было самое страшное проклятье,– рассказчик перевел дух и смахнул пот со лба. Полуденное солнце пекло даже в прохладной палатке. – Отсюда берет начало древнегреческий миф об Аиде, Хароне и реке Стикс. Аид – собирательный образ Нергала, бога подземного мира. Харон – люди подготавливающие трупы к спуску в канализацию. Ну, а река Стикс – сточные воды города. Тут все ясно. И я не раз писал об этом в своих научных трудах.
