Проспала я, как мне казалось, час. Просыпаюсь от звонка в дверь. Только собираюсь встать, чтоб открыть, как слышу шаги в коридоре. Значит дома кто-то есть. Значит, мне не обязательно покидать свою уютную постельку.
Я откидываю одеяло, потому что чувствую, что я вся вспотела. Из коридора слышится бубнение Дима и ещё кого-то. Через пару минут голоса становятся громче и тон менее дружелюбней.
— Я говорю она спит! — громко говорит Дима.
— Мне нужно ее увидеть! — голос знакомый.
Черт! Да это же Тим. Вскакиваю с дивана, в глазах темнеет от такого резкого подъема. Выхожу из комнаты, Тим и Дима стоят, как два упёртых барана.
— Все нормально, Дим. Я уже не сплю.
Парни переводят взгляд на меня. У Тима в глазах считается раздражение, а глаза Димы не выдают никаких эмоций.
Я подхожу к ним, киваю Диме, и он уходит.
— Зачем ты пришёл?
— Хотел узнать, почему ты пропускаешь универ. Думал, это из-за меня. Но сейчас вижу, что ошибся. — он кидает взгляд мне за спину, прозрачно намекая на причастность Димы к моему отсутствию на студенческой скамье.
— Тимур… Не сейчас. — выдыхаю я, — мне правда очень плохо.
У него непонимающий взгляд, а затем будто приходит прояснение.
— Бля! Вот я дебил, — он подлетает ко мне, и берет меня за локоть. — пошли, уложу тебя.
Хочу воспротивиться, но не могу. Во-первых, я очень соскучилась по нему, а во-вторых, мне и вправду нужно было лечь. Болезнь превращала меня в безвольного овоща, и так было всегда. Тимур ведет меня в комнату, где я жила раньше.
— Нет, здесь теперь спит Дима, нам туда, — я киваю на дверь Леры.
Тимур раздраженно втягивает воздух, показывая всем своим видом недовольство, но не произносит ни слова. Я бы, наверно, так не смогла. Тим аккуратно укладывает меня на диван и накрывает одеялом.
— Тебе что-нибудь нужно?
— Нет, Дима уже дал какие-то таблетки, температура вроде спала.
При слове "Дима" Тимур меняется в лице. Блин, по-моему мне лучше заткнуться, пока не случилось чего плохого.
— Кто такой этот Дима? — цедит Тим.
— Потом поговорим, мне хочется спать. — лгу я. Просто не хочу разговаривать. Да к тому же и каждое слово дается мне невероятной болью. А еще, мне ужасно хочется обнять Тимура. Залезть ему на коленочки и вдыхать полной грудью его аромат. Когда он рядом, мои мысли теряются. А я должна принять решение на холодную голову, поэтому ему лучше уйти.
— Хорошо, тогда зайду завтра.
— Нет. Ты обещал мне дать время.
— Хорошо, хотя бы отвечай на мои смс. И если что, сразу звони.
Я киваю и Тимур уходит. Когда хлопает входная дверь, я вздыхаю с облегчением. Все-таки его близость сейчас мучительна для меня.
Стук в дверь.
— Можно? — из-за косяка выплывает голова Димы. Вот еще один любопытный экземпляр свалился на мою голову.
— Заходи, — не возражаю я. — Дим, извини за грубость…
— Я пришел не за этим, — перебивает меня парень. — Как ты себя чувствуешь?
Дима присаживается на край дивана у моих ног.
— Температуры по-моему нет, а вот горло болит.
— Да, слышу. Ладно, — он встает. — На кухне фрукты, можешь прилететь поклевать.
— Спасибо, ты очень добр ко мне.
— Я очень добр ко всем, — улыбается парень и выходит.
Все-таки он крутой. Если бы у меня был старший брат, я бы хотела, чтоб он был похож на Диму.
Ровно неделю я провалялась дома сраженная простудой. Лера и Дима как мои заботливые родители выхаживали меня, контролируя мой прием таблеток по времени, мое питание, мою температуру. Не стану лукавить, мне было очень приятно их внимание и забота. Я давно не ощущала себя нужной кому-то просто так.
Ситуация с Тимуром не в счет. У нас с ним обоюдная зависимость. Мы нуждаемся друг в друге в равной степени. Я знаю, что нужна и дорога ему, но это немного отличается от Димы с Лерой.
Всю неделю Тимур порывался приехать, но я не разрешала. Мне даже начинала нравиться его ревность. Наше общение не заходило дальше, чем вопросы о здоровье, и за это я была ему благодарна. Он, все-таки, честно дал мне время на размышления. Только за время болезни мой мозг отвергал эти мысли, поэтому я по-прежнему ничего не решила. Интересно, как долго я смогу изводить себя тоской по Тимуру?
Мне уже самой хотелось какой-то ясности. И я начинала злиться на себя за свою неопределенность.
А с другой стороны, передо мной стоял выбор либо отказаться от своей любви, либо связать свою жизнь со страхом. И я не могла так легкомысленно отнестись к этому.
— Ты уже уходишь? — Лера появляется в дверях с мокрой головой.
— Да, я итак неделю пролежала трупом. Пора возвращаться к жизни.
— Ну ладно, завтрак на столе. Дима позаботился.
