— Ты тогда не извинился. Когда поездку испортил. А потом еще кучу гадостей наговорил. Так что ты вот настолечко извинился… — приближает указательный палец к большому. — А накосячил… Во! — распахивает руки.
— Так и скажи, тебе понравилось, — хмыкаю. — Просто на дополнительный куник напрашиваешься.
С удовольствием наблюдаю за тем, как Моника пунцовеет и смущается.
Алчно смотрю.
Впитываю.
Вбираю.
Каждую деталь… Каждую эмоцию пью с ее личика.
Моменты открытости в ней редкие, как солнце в сумрачной и туманной области.
Каждый такой миг получается острым и запоминающимся. Блять, я по минуте могу воспроизвести наши встречи и стычки.
Смакую все и насливаю новые нюансы.
Моника оказалась шкатулкой со множеством сюрпризов, ранг сложности — со звездочкой.
Плюс она горячая штучка…
Нравится вгонять ее в краску, про то, как моему члену в ней кайфово, вообще молчу.
Вспоминаю слова Тиграна. Мол, член сломала. Херня какая-то… Еще как все работает. Как молот на наковальне…
— Сколько ты хочешь? Денег.
— У тебя они есть, что ли?
— Будут. Если ты намерен разобраться с Калмыком и разберешься, у меня будет все. Нет, постой. Я список составлю. Того, что этот урод мог присвоить, — призадумывается. — Да, список будет в самый раз.
— Вот еще. По-твоему, я буду с листочком в руке сверяться?
— А я бы сверилась! Я бы сверилась… и еще какого-нибудь урода наняла. И если бы чешо-то недосчиталась, приказала бы ломать этому говнюку по одному пальцу. Вот только у него столько пальцев нет и на руках, и на ногах, вместе взятых, чтобы расплатиться за все сделанное.
— Он раскололся бы раньше, чем услышал хруст. Гарантириую. Такие людишки ничего из себя не представляют по отдельности.
— Я составлю список, — заявляет Моника.
— Эй, девочка, кто сказал, что я за твои списки впрягаться собираюсь?
— Никто. Но я согласна… эээ… скрасить твой будущий отпуск, если ты справишься с задачей, — заявляет с королевским снисхождением.
— Ты этот хотя бы отрабатывать начинай, — недвусмысленно вдавливаю ее в матрас и оказываюсь сверху.
Агрегат в полной боевой готовности, рад выдрать тугую щелочку.
— Может быть, лучше поспать?
— Поспишь! Снимай трусы…
Придерживаю лицо за подбородок, глубоко орудуя языком, слышу, как Ника постанывает, плавится. Тонкие пальцы скользят по плечам, царапают их. Дрожь, влага наших ртов, сочные причмокивания ее поцелуев заставляют улыбаться между заходами.
— Ты опять без резинки?
— Я чистый. Стерильный. В плане болячек и зачатия ничего не грозит.
Смотрю, как она раздевается, наслаждаюсь ее гибким телом и длинными ногами.
Сам раздеваюсь еще быстрее, член от нетерпения вибрирует дрожью.
— Я хочу, чтобы во время моего отпуска ты носила только юбки или платья.
— А еще что? Завтрак в постель?
— Можно. Завтрак в постель. Минет к завтраку. Можешь начинать с минета… Да, пожалуй, так будет славно. Отказывать не рекомендую.
— Притормози!
— А ты на ус мотай. Список моих желаний вот здесь сохрани, умняшка… — стучу пальцем по ее голове.
— Я запомню, — кивает с серьезной физиономией. — Но и ты запомни…
— Ага… — обрываю торопливо.
Не желая слушать, чем она еще заставит мой мозг взрываться.
Потом… Все потом.
Завтра умняшку придется отправить подальше за бугор, а самому — капитально впрячься и заняться работой, которую я делаю лучше всего.
***
Ника
Расставание неизбежно.
Странно, ведь еще вчера я и не думала, что буду скучать по гиганту.
Но сейчас, когда получаю последние инструкции перед вылетом, не могу поверить, что это произойдет на самом деле.
С опаской смотрю на сопровождающего: можно ли ему доверять? Я и Дану-то не особо, а тут… целый новый мужчина. Мучительно еще с кем-то общаться. Надеюсь, он не дотошный и не станет лезть ко мне с расспросами.
— Я наберу, когда можно будет вернуться. Или с тобой созвонится человек, которому я доверяю.
— Как я пойму, что это он?
— Будет говорить с важным видом, представится Тиграном и назовет тебя… не по имени, а… — наклоняется, шепнув. — Белка. Все поняла?
— Да.
— Тогда удачного перелета. Не загорай, твоей коже не пойдет на пользу.
— Всегда мечтала о загаре.
— Получишь ожог! — возражает так напористо, будто ему есть до меня дело.
Может быть, и есть? Хотя бы чуточку…
Глава 41
Глава 41
Ника
Спустя время
Вопреки рекомендациям Дана я все же рискнула позагорать на ярком солнышке и почти сразу же обгорела даже в довольно прохладную погоду.
«Все-то он знает!» — думала я с досадой, нанося потом крем после загара, призванный охладить кожу и снять болевой синдром.
Пожалуй, Дан не знает только одного, как утомительно долго тянется время вдали от родины. Как тоскливо серфить в сети, вылавливая лишь отголоски скандала, которые ничего не рассказывают толком о происходящем там, за тысячи километров!
За все время пребывания здесь, а это чуть больше двух месяцев Дан ни разу не позвонил и не написал, не передал весточку. Ни сам, ни через кого-то.
Знаю, что за мной приглядывает охрана. Активно не вмешивается, но всегда на чеку.
