— Это он. Спрашивал о старинных иконах на деревянной основе.
— И что Вы ему ответили?
— А что я могла ответить? Я никогда о них не слышала, Макс. Дедушка ничего такого дома не хранил. Кто он?
Максим открыл файл с информацией на Глеба и тотчас отстранился, избавив меня от дискомфорта, вызванного сближением наших тел.
— Антон Иванович Заславский, — читаю, прокручивая на уме что-то очень знакомое.
— Он же Глеб Самойлов, — с уверенностью добавляет Максим. — Имя вам ничего не говорит?
— Кажется.., художник-реставратор из Эрмитажа. Только я с ним никогда не пересекалась. Он тогда в больницу попал с переломом руки.
— Именно. Тебя взяли временно на его место. Любовник покойной Светланы Загорной. Большой ценитель антиквариата.
Арест с поличным.
Снежана.
— Куда поставить? — пособник бесцеремонно ввалился в мой новый, рабочий кабинет с небольшим кожаным чемоданчиком в руке. Медленно повернувшись от окна, внимательно всматриваюсь в его угрюмое лицо.
— Быстрый ты, Знахарь. На стол ставь. За тобой слежки не было?
Артур проверенный, свой человек. Дело знает. Но интересуюсь, потому что мне так намного спокойнее. Эти деньги — моя заслуга, и делиться с ими я не намерена с высокопоставленной личностью господина Зубарева. Жирная «шишка» получает регулярную мзду и не в таких размерах. От него не убудет. Порядком надоело отсасывать его короткий хер за подачки.
— Не было, — уверенно отвечает.
— Смотри мне. Если ты притащил сюда хвост, распоряжусь тебя грохнуть!
— Я же сказал, не было хвоста! — раздражённо рявкнул. — Мажор самолично принёс кейс и оставил в условленном месте. Сделал всё чётко, как и было ему поручено.
— Держи. Твои деньги за услугу. В деревне перекантуйся дней семь. Не отсвечивай в городе.
— Если понадоблюсь, ты знаешь где меня найти.
— Вали уже, Артур. Надо будет, я позвоню.
Пересчитывать деньги при Знахаре не стала. Ему доверяю. Но сумму и банкноты всё-таки проверила. Пересчитала. Мало ли что взбредёт в голову бизнесмену. Обнаружить «куклу» вместо тугих пачек с хрустящими американскими банкнотами особого желания не было. Пятьдесят тысяч, как и обещал. Жадно втягиваю аромат новеньких долларов. Деньги — зло. Но, зачастую, нужное количество этого зла является благом. С тех пор, как жизнь меня поставила в коленно-локтевую позу, о морали я больше не вспоминаю. Захлопнув с довольной моськой крышку чемоданчика, спрятала его в дальний шкафчик. Незачем возбуждать интерес у любознательных лиц. Вечером опера сделают свою работу, а я получу дополнительный презент. Андрей Борисович в долгу не останется. Затем и подумаю, на что потратить такую внушительную сумму. Может махнуть на Бали? Хм... Надо бы уболтать чиновничка отпустить меня на недельку в отпуск. В кои-то веки мечтаю научиться дайвингу, полюбоваться на коралловые рифы и полежать на лазурном берегу с трубочкой от коктейля в зубах. К черту всю эту суматоху!
В дверь настойчиво постучали, нарушив планирование незабываемого и красочного отдыха.
— Войдите! — окликнула я, подкрашивая у зеркала губы и поправляя причёску.
— Здравствуйте, Снежана Викторовна, — раздался сбоку знакомый, приятно защекотавший нервы баритон. Какого хрена он приперся сейчас? Глянула на наручные часы.
— Мы назначили встречу на восемь вечера. Я вас не ждала, господин Воронцов, — неуверенно произнесла. Ненавижу форс-мажоры. Если он явился сюда в пять вечера с пустыми руками, значит у него возникли проблемы и ему явно что-то нужно от меня ещё. Пришёл просить отсрочку? Такую сумму ни один банк не выдаст за пару часов.
— Я прекрасно помню. Но сейчас я здесь по-другому поводу. К усыновлению это не относится. Скорее личный интерес. Пока мой бухгалтер собирает нужную сумму, я хотел кое в чем убедиться.
Его голос оказывает парализующее действие. Этот сукин сын понравился мне с первого взгляда, стоило взглянуть в его хищные глаза цвета стали. Высокий. Статный. Похож на натянутую струну. С особенной развязной смелостью, будто бы ему на всё наплевать, ибо держит всё под строгим контролем. Одним словом — мужчина, под которым не грех расставить пошире ножки. Самец с ароматной кровью, с мощной энергетикой. Не то, что мой сорока девяти летний покровитель Андрей Борисович. У этого живот подтянут и каждая мышца на своём месте — твёрдая, как гранит. Идеально сидящий синий костюм облегает тело, подчёркивает достоинства фигуры. Белоснежная рубашка с расстёгнутыми двумя пуговицами демонстрирует сильную шею и часть груди. Я невольно залюбовалась им.
— В чем же? Ин-тер-ресно... — мой голос дрогнул. С трудом глотаю слюну.
