— Милая кёрста Элен, этот мужчина вовсе не имеет брачных намерений. Скорее, увидев ваше скромное финансовое положение, он пытается соблазнить вас возможным браком, с тем, чтобы вы стали его любовницей. С его точки зрения, вы достаточны молоды, неопытны и беспомощны, чтобы клюнуть на это. А воспользовавшись вами, он все равно никогда не женится. Для него важно финансовое благополучие жены, а у вас, простите, только крошечный доход, зато двое детей на руках.
Меня передернуло от омерзения. Не верить кёрсте у меня не было причин и с этой точки зрения мой арендатор смотрелся совсем уж пакостно. Конечно, я взрослая женщина и, безусловно, встречала у тех же Мопассана и Золя истории о соблазненных и брошенных девушках. Но там антигерой, хотя бы, был молод и хорош собой.
Пусть я слишком мало знаю о социальных отношениях в этом мире, но получается, что этот самый Пужон соблазнял меня просто деньгами, как уличную девку. Я помолчала, оценивая информацию и ответила кёрсте Тиан:
— Я постараюсь найти нам нового арендатора. Мне ни к чему слишком близкое соседство с этим человеком и возможное пятно на репутации.
Мое решения явно обрадовало кёрсту Тиан, и она одобрительно закивала головой:
— Так будет лучше, кёрста Элен, значительно лучше!
В целом, наша жизнь протекала достаточно спокойно. Примерно раз в неделю мы с Линком обходили лавочки старьевщиков, стараясь чередовать их. У нас уже было выработано несколько привычных маршрутов и еще ни разу мы не возвращались домой без «добычи».
Мех я всегда стирала сама — благо в доме были и горячая, и холодная вода. У меня скопилась небольшая коллекция щеток и расчесок с разной длиной и частотой зубцов, для вычесывания меха. Постепенно выгороженная в зале комнатка заставлялась плетеными корзинами и большими картонными коробками с чистыми и уже отсортированными пушистыми кусками.
Сортировала я и по цвету, и по размеру. Кроме того, на полке возле письменного стола появились картонные папки подписанные: «Кошка», «Котенок», «Щенок», «Медведь», «Мишка» и «Мышка».
Пришлось строго запретить Эжен входить в мою комнату. У малявки разбегались глаза и, хотя первый медведь, белоснежный красавец, названный Пуффи оставался ее любимцем, она была совсем не против прихватить себе еще что-нибудь. Ее не смущало даже то, что все игрушки были безголовые. Головы я даже не набивала.
Во-первых, запас шелухи у меня оставался совсем крошечный — я ждала нового осеннего урожая. Во-вторых, у них, конечно, были вышиты и улыбающиеся рты, и, иногда, прикреплены красные высунутые языки, но они все были еще и безглазые — я мечтала о стеклянных глазках.
Только начав тратить на игрушки большую часть дня, я поняла, как прогадала с ремонтом. В моей комнате, вдоль длинной стены, пришлось набить три широкие полки, на которых я и складировала пушистые, но безголовые изделия. Я боялась, что до конца лета перестану помещаться в своей клетушке. Именно тогда мне первый раз и пришла в голову мысль не искать нового арендатора.
Кёрст Пужон был письменно извещен о том, что ему следует подыскивать себе новое жилье еще неделю назад. По договору он мог жить до конца лета — именно такой ответ я и получила от него. Значит к осени мы сможем перебраться в ту половину дома, а эту — сдать. Соответственно, у меня прилично уменьшится арендная плата — те самые деньги, на которые я могла твердо рассчитывать.
Если честно, мне было страшновато принять такое решение, но в то же время я понимала, что этой половине места нам категорически не хватает. Разве что — понизить уровень жизни, уволить кёрсту Тиан, детей перевести в одну спальню и начать экономить на мясе, молоке и фруктах. На это я не пойду, пока есть хоть какая-то надежда выцарапаться из нищеты!
В любом случае, еще было время на то, чтобы решить, какую часть дома я буду сдавать в аренду и как жить дальше.
А пока я получила небольшую записку, которую принес рассыльный городской почты, от кёрсты Фронг. Почтенная дама писала, какого числа она собирается выезжать в Майн и сообщала, что если я не передумала и по-прежнему заинтересована в поездке, то она ждет меня в ближайшие три дня для окончательного разговора.
Поездка в Майн состоялась в довольно жаркий день и оказалась для меня не столь комфортной как описывала кёрста Фронг — в вагоне было очень душно.
Вообще, сами вагоны были довольно непривычной конструкции. Дверей в каждом купе было две, одна напротив другой. Первые открывались прямо на перрон, вторые — на переход между купе. Вдоль всего вагона крепилась узкая металлическая дорожка, огороженная тяжелыми поручнями. Именно по этой дорожке на открытом воздухе прямо во время движения поезда проходил проводник.
