Его тёплая улыбка, глубина синих глаз, завидная внешность, бескорыстная доброта и светские манеры поселили в меня надежду на существование моего идеала. Но недосягаемость пугает. Он из мира роскоши, мечта любой девушки. Я же обычная сирота из детдома, живущая в бедности и вынужденная терпеть издевательства все свои детские годы. Он бы и не посмотрел на меня, если бы не обстоятельства. Меня удочерил мой биологический отец, узнавший обо мне довольно поздно, и я привыкаю к новому, богатому миру. Получится ли играть новые роли? Роль дочки знаменитости? Роль девушки обожаемого всеми идеала? А если идеал — совсем не идеал в действительности? Если оказывается, что жизнь элит не похожа на картинку?
«Нет, неужели снова она…» — устало подумал парень.
Не успел он слезть с байка, как заметил идущую к нему девушку на высоких каблуках с походкой пантеры и широкой, соблазняющей улыбкой.
— Наконец-то ты приехал! Я давно тебя жду, — остановилась у мотоцикла она и, заправив прядь волос за ухо, невинно опустила взгляд под ноги. — хотела с тобой поговорить насчет нас.
Он снял шлем и слез с байка, одарив девушку ответной улыбкой.
— Здравствуй, Настюш, спасибо за ожидание, конечно, но не стоило. Мы же уже все обсудили, между нами ничего не может быть, я в отношениях.
Ложь. Только это единственное, что подействовало на нее хоть немного. Это ее безумное желание сделать его своим парнем напрягала и вызывала не меньше, чем раздражение.
Парень направился во двор школы, в ее лицевую часть, понимая, что на этом их диалог не окончен и просто так она не уйдет.
— Подожди, я же много думала об этом. Это неправильно, что тебя так обременяет какие-то там обязательства, твоя девушка не может понять, что на цепи человека держать нельзя, и все мы свободные люди и современное общество? — девушка старалась успеть за широким шагом парня. Он, заметив ее мельтешение на каблуках, чуть замедлил шаг. — Короче, она дура, если не понимает, что мужчины по своей природе полигамны и им нужна свобода в отношениях, ведь ты же не просто так меня тогда поцеловал, я тебя понравилась.
— Мы с ней консерваторы и она очень ревнива. Прости, не одобрит она свободных отношений, — не особо задумываясь, врал он.
— Тогда давай встречаться тайно, она же с нами не учится, не узнает, — не сдавалась та.
Парень резко остановился и пристально взглянул на донимающую его особу.
— Ты серьезно сейчас?
Она не успела ответить, к девушке подошла ее подруга, их общая одноклассница Ида.
— Приветик, — смущенно заулыбалась она молодому человеку, а после строго посмотрела на подругу. — где ты ходишь так долго?
— Мы разговариваем, не мешай, — отмахнулась от нее Настя и потянулась обнять парня. — и вообще, знаешь, что мы с Филом встре…
Договорить она не успела. Догадавшись, что хочет сказать девушка, он бегло окинул школьный двор взглядом, в поисках спасительной идеи. Он знал, что если ее не прервать, то слухи с космической скоростью распространятся по всей школе и избежать их «тендема» вряд ли получится.
Взгляд зацепился за незнакомую девочку, стоящую у колонны. Совсем не большого роста, русоволосая. Раньше он ее не видел, возможно она ждет с линейки своего брата или сестру. Ее черный пиджак не соответствовал канонам их формы, можно попытать удачу. Другого варианта все равно не находилось
— Ого, моя девушка пришла поздравить меня с первым днем, вот это удача. — он направился в сторону незнакомки, в надежде на ее понимание. Развернувшись к одноклассницам и продолжая путь спиной, изобразил довольное выражение лица. — давно мы не виделись, соскучился, пойду обрадую тоже…
Примерно месяц тому назад…
Скучно-белые потолки и стены палаты, писк больничных приборов. В последние дни жизни это все, что приходилось видеть и слышать.
Врачи перестали суетиться: перевозить из кабинета в кабинет, брать анализы в надежде на положительный результат. Приговор вынесен и ничто оспорить его не могло. Теперь к ней приходила лишь одна медсестра для того, чтобы вколоть дозу обезболивающего в моменты, когда терпеть уже не было сил.
Жизнь превратилась в пустое существование. Зависимость от приборов, таблеток и обезволивающего, сделало из женщины декоративный цветок, что стоит на подоконнике и уже не радует глаз, но выкинуть нельзя, поэтому продолжает стоять.
Муж перестал приходить к ней две недели назад, он давно не верил в выздоровление своей жены. Женщина была уверена, что грусти от скорой её кончины он не испытывает. Для него это скорее облегчение: теперь не нужно врать, скрывать многочисленные случаи измен, придумывать командировки, боятся приходить домой. Лишь после смерти на могиле перед камерами разок поизображать убитого горем вдовца и снова вернуться к своим бесчинствам.
Теперь женщина понимала, что в этом жизненном итоге она виновата сама. В погоне за роскошью и богатством вышла замуж по расчету, сама убила возможность иметь любовь, шла по головам и лишилась близкий людей, которые могли бы сейчас стоять у ее кровати и поддерживать, развлекать, делать последние дни ярче, но вместо этого опустошенность: белые стены и пустое кресло для посетителей напротив. Желание успешного карьерного роста лишило возможности иметь детей.
Последняя мысль вывела эмоциональный фон из строя. Женщина зажмурилась от нахлынувших слез, в горле образовался ком, дышать стало сложнее. Один поступок в молодости не давал покоя и терзал душу больной женщины, занимая мысли и не желая выходить из затуманенного таблетками разума.
