Дворецкий при виде состояния своей госпожи побелел не меньше женщины. Он подскочил к дивану, упал на колени, обеспокоенно заглянул в глаза хозяйки поместья, касаясь руками её утративших цвет ладоней.
– Мэри, что с вами?! – воскликнул он. – Что принести?
Эвелин от изумления не сразу сообразила, что сказать. Похоже, новые отношения были не только у дочери, но и у матери. Прикосновения дворецкого были не совсем… почтительными.
– Выпить. Алкоголь. Принесите ей выпить, – рявкнула наконец-то воительница, приводя в чувство перепугавшегося мужчину.
Тот вскочил и бросился прочь. Вернулся почти сразу, неся с собой хрустальный графин, наполненный янтарного цвета жидкостью, и бокал. Эвелин забрала алкоголь и строго сказала:
– Спасибо. Дальше мы сами.
Дворецкий бросал на госпожу взволнованные взгляды, не решаясь её оставить. Эвелин заслонила её и сердито, с вызовом уставилась на мужчину. Тот нехотя попятился назад, а потом скрылся в другой комнате, посматривая уже оттуда.
Плеснув полный бокал явно крепкой жидкости, Эвелин села рядом и вложила его в руки женщине.
– Пейте, – приказала воительница. Хозяйка дома послушалась.
Какое-то время Мэри находилась в прострации, не реагируя ни на что, а потом градус напитка расслабил тело, выпустил сковавшую душу боль. Госпожа Браун тихо, жалобно заговорила:
– Если бы я поняла раньше… если бы заметила… то… я…
– Вы зашли в комнату, где Кристен перебирала платья, и что было дальше? – напомнила Эвелин, прерывая самобичевание Мэри.
– Я-я-я… спросила её, куда она собирается. А она-она, – стала всхлипывать женщина, – сказала, что пойдет к Тамане, – при виде застывшего в глазах Эвелин вопроса, пояснила: – это её подружка, они часто ходили друг к другу в гости… В тот день Кристен так и не дошла… А сейчас… сейчас я понимаю, не к подружке она собиралась, не для неё наряжалась… Я ведь права? – её глаза, устремленные на гостью, молили услышать слово «нет». Но Эвелин не видела смысла во лжи.
– Да. Скорее всего, она сама пришла к убийце, – негромко проговорила воительница.
Госпожа Браун взвыла, обхватила себя за плечи руками, снова окунаясь в своё горе.
– Соберитесь, – строго сказала воительница. – Вы говорили, что Кристен покупала цветы, какие, где, как часто?
– Я-я-я не знаю, – речь женщины замедлилась, алкоголь продолжил своё действие. – Они периодически появлялись у неё в комнате. Откуда она их приносила, я не спрашивала. Думала, она их покупала. Так Кристен однажды сказала, а больше я не интересовалась. Я такая дура…
Да. Так и хотелось сказать Эвелин, но вслух произнесла другое:
– Какие цветы? Лилии белые?
– Д-да… А это важно?
Эвелин не знала наверняка. Нашли Кристин с лилией в руке. Эти цветы нравились жертве, поэтому преступник их дарил? Или всё ж сам убийца выбрал лилии, вкладывая особый смысл в подарок, который стал в последующем смертельным?
– В тот день она ушла из дома с цветами? – спросила воительница.
– Я не видела, – пролепетала женщина.
– А ваш муж? Был в тот день дома?
– Он был в отъезде, вернулся только на следующий день. Мне пришлось со Стюртом самой искать мою девочку, – женщина уже не могла плакать, лишь жалобно всхлипывала. – Супруг, Марк, всё время был занят, пытался снова вернуть былое величие семье, редко бывал дома, а как не стало Кристен, так и вовсе перестал появляться… Я так одинока…
– А где я могу его найти? Всё же хотела и с ним поговорить.
– Не знаю, – безразлично пожала плечами женщина, – может, в таверне своей новой пропадает…
– В таверне? Какой таверне? – сердце Эвелин подсказало ответ, уже заранее предчувствуя, что скажет женщина.
– Меч и щит, – буркнула Мэри и сама потянулась за бокалом и бутылкой.
– Как давно он её купил? – поинтересовалась Эвелин, мысленно ругая людей Хадвина, которые не внесли эти данные в материалы дела.
– Не помню. Пару месяцев назад, может больше…
– Кристен ходила туда?
– Кристен? – от удивления глаза женщины стали на миг трезвее. – Не знаю. Если только в начале. Помню, как сильно она возмущалась, когда узнала, что там работают люди, торгующие собой. Её светлая душа не могла понять такого.
– А как к этому относится ваш муж? Ну, к тому, что у него работают такие люди?
– Марк? Не знаю, мы не говорили об этом. А это важно?
Эвелин не думала, что это важно и имело отношение к делу. Она интересовалась скорее для того, чтобы понять есть ли у управляющего действительно то, чем шантажировать Георга, или нет.
На вопрос воительница не стала отвечать, да Мэри и не ждала пояснений. Госпожа Браун налила себе ещё выпить и молча сидела, потягивая алкоголь, взгляд её был пустым и отстраненным.
Эвелин обдумывала, что успела узнать. Одну общую связующую ниточку у двух таких разных жертв нашла и теперь не понимала, как добавить к этому всё остальное. Таверна «Щит и меч». Убитые девушки, так или иначе, имели отношение к таверне. Важно ли это? Время покажет…