Так какие стратегические интересы преследует РФ в интеграции с Киргизией, Таджикистаном и Узбекистаном? РФ будет помогать продавать им тонны наркотиков у себя в стране, пополняя их государственные и частные бюджеты? Правительство РФ будет за счет наших граждан обеспечивать их граждан рабочими местами в наших городах, пополняя, опять же, их государственные и частные бюджеты? Правительство РФ позволит насаждать им на нашей земле радикальные исламистские взгляды? Так в чем же заключаются интересы РФ в интеграции с Азией? В данной ситуации интеграция выгодна только Среднеазиатским и Центральноазиатским государствам, которые пополняют свои государственные бюджеты за счет перечислений трудовыми мигрантами в свои страны денежных средств, заработанных ими в России, а также, РФ финансирует азиатские государства, прощает им их финансовые долги, осуществляет строительство дорог и сооружений. Кроме того, в указанных азиатских государствах происходит естественный прирост населения, а уровень безработицы очень высок, так как производство, построенное в советский период, пришло в упадок, а новое не создано — это все обостряет социальную обстановку в указанных странах, однако — выезд населения данных стран в РФ решает вопрос безработицы и материально обеспечивает население стран Азии, что снижает уровень напряженности в обществе. Далее, я полагаю, что транзит наркотических средств и последующая их реализация, происходит ни без участия государственных структур указанных в статье государств зарубежной Азии, о чем свидетельствует сверхвысокий уровень финансового оборота в данной сфере. Все это дает полагать, что транзит и реализация наркотиков в РФ прямо приносит доходы в государственный бюджет указанных в статье стран Азии (я считаю, что высшие государственные чиновники Киргизии, Таджикистана и Узбекистана являются, фактически, руководителями преступных сообществ, осуществляющих транзит и продажу наркотических средств, получая от данного вида деятельности финансовые доходы лично, и пополняя ими государственные бюджеты своих стран). Я думаю, что ни одно уважающее себя правительство не свяжет себя ни какими сделками с лицами, которые «замараны» торговлей наркотиками, однако — Кремль не считает свои «грязные» связи с наркобаронами Азии (пример — руководство Киргизии) компрометирующим его обстоятельством.
Исламизм в ельцинско-путинскую эпохи.
Для того, чтобы говорить об радикальном исламе на территории России начала XXI века, нам необходимо сначала обратиться к истории исламского радикализма. Что же такое исламский радикализм? Итак, исламский радикализм, как религиозная и политическая идеология, возник в ходе борьбы между различными исламскими группировками, трактовавшими учение пророка Мухаммада со своей точки зрения. В основе средневекового радикализма была салафийя — чистый ислам. Исследователи считают, что первыми исламскими радикалами были хариджиты. Секта хариджитов возникла в 657 году вследствие раскола уммы, а экстремальной формой салафийи — «чистого ислама», стал ваххабизм, возникший еще в XVIII веке, именно идеология ваххабизма способствовала консолидации Аравии как национального государства. В XX веке исламский радикализм становится все более социальным, мирским, например — известны «братья — мусульмане» превратились в политическое движение, а фактически, в политическую партию. Дело в том, что синтез религии и политики заложен в исламской традиции изначально, потому — за религиозными исламскими взглядами всегда следуют политические исламские установления на законодательном уровне. Зададимся вопросом:
«Какое устройство общества может быть идеальным для мусульманина?»
Так вот, идеал каждого мусульманина, согласно представлениям ваххабита — исламское государство, и за построение (создание) исламского государства любой мусульманин должен быть готов бороться. Низкое экономическое и социальное положение мусульманских стран служит питательной средой для исламского радикализма, который выдвигает концепцию построения мусульманского государства, как государства социальной справедливости. Простой мусульманин, задавленный нищетой в собственной стране, выдвигает иллюзию преобразования мира в исламских традициях. Так, британский исламовед Стивен Хэмфри отмечает, что любая исламская идеология утверждает:
«Осуществление ее программы приведет к установлению наилучшего социального порядка, на который способен человек, такого порядка, правота и законность которого очевидны каждому».
