Александр Солженицын в своих высказываниях стоит на позициях защиты русскими сугубо своих национальных интересов, он против смешения русской нации с другими народами, говоря о том, что такое смешение нанесет непоправимый удар по русской культурной составляющей. Далее он говорит о мираже, фантоме принципа неделимости — или «единонеделимства», и отмечает, что не только советская власть этот принцип несла 70 лет, но этот же принцип пронесла в себе через свою нищету и беды достойная белая эмиграция. Солженицын продолжает: — «Неужели Россия объеднилась от отделения Польши и Финляндии? Да только распрямилась. И так — еще больше распрямимся от давящего груза «среднеазиатского подбрюшья», столь же необдуманного завоевания Александра II — лучше б эти силы он потратил на недостроенное здание своих реформ, на рождение подлинно народного земства».
Александр Солженицын отмечает в статье и мысли русского философа Ивана Ильина, который писал о том, что «духовная жизнь народа важней охвата его территории или даже хозяйственного богатства, выздоровление и благоденствие народа несравненно дороже всяких внешних престижных целей».
Да, такие русские философы и писатели, как Иван Ильин и Александр Солженицын были убежденными русскими националистами, они прямо выражали мысль о том, что нация всегда первична по отношению к территориям или государственным идеям. Исходя из мыслей указанных русских националистов — мыслителей, мы должны ставить интересы нации выше интересов государственных, мы обязаны заставить государственный механизм работать на нацию, так как государство — это не самоцель, а средство к удовлетворению потребностей нации, создавшей государственный механизм. Солженицын в конце советской эпохи предупреждает, что окраины СССР отпадут, и из этих окраин к нам — в Россию, могут устремиться миллионы русских беженцев. Слова Александра Солженицына пророчески сбылись — русские вынужденно ушли из Средней и Центральной Азии в Россию, а в последствии — начиная с 1991 года, сотни тысяч русских людей были вынуждены покинуть и пределы Чечни. Писатель дает понять то, что русская нация может лучше процветать без, как он выразился — «среднеазиатского подбрюшья», то есть — он говорит о пагубном влиянии Среднеазитских республик на русскую культуру и экономический потенциал. Так, Солженицын пишет об Азии: —«А если верно, что Россия эти десятилетия отдавала свои жизненные соки республикам — так и хозяйственных потерь мы от этого не понесем, только экономия физических сил».
Все верно, Солженицын здесь обозначил политику СССР, которая была нацелена на датации Таджикистана и Узбекистана за счет ресурсов РСФСР. А если быть до конца честным — Среднеазиатские и Центральноазиатские республики жили счет сил и ресурсов русского народа, который выстроил в указанных регионах развитое производство, построил школы, больницы, общественные и культурные сооружения, обеспечил население этих стран пенсиями и пособиями. Обеспечил всем тем, чего они лишились после падения СССР, и ухода русских людей из Азиатских республик.
К главе «Слово к украинцам и белорусам»
Данную главу Солженицын начинает так: — «Сам я — едва не на половину украинец, и в ранние годы рос при звуках украинской речи. А в скорбной Белоруссии я провел большую часть своих фронтовых лет, и до пронзительности полюбил ее печальную скудость и ее кроткий народ. К тем и другим я обращаюсь не извне, а как СВОЙ».
