Здесь, А.Солженицын ведет рассуждения по поводу народных избранников, отмечая то, что еще Афинская демократия отвергала всякое «представительство», и считала «представительную» демократию одной из разновидностей олигархии. Я отмечаю, что такое мнение в Древней Греции было оправданным. Древние Афины могли себе позволить прямую демократию в виду своего свободного малочисленного населения, но прямая демократия затруднительна, и даже не возможна там, где существуют многочисленные сообщества людей.
Интересный факт приводит Солженицын в этой главе, который показывает, что представители не всегда выражают волю их избравшего народа. Так, он пишет:
«французские Генеральные Штаты в 1789, едва собравшись, провели закон, что отныне каждый депутат есть лишь часть этого коллективного собрания, КОТОРОЕ И ЕСТЬ ВОЛЯ НАРОДА. Тем самым каждый депутат отсекался от своих избирателей и от личной ответственности перед ними».
Писатель А.Солженицын отмечает, что первые 4 Государственные Думы в Российской Империи мало выражали интересы русского народа, по большей части они представляли только узкие слои нескольких городов империи.
Так, депутат Государственной Думы В.Маклаков говорил о том, что «воля народа и при демократии фикция: за нее всего лишь принимается решение большинства парламента».
Более того, Солженицын идет дальше, и он выражает такую мысль, что народные избранники — депутаты не могут подняться выше своих личных будущих выборных интересов, выше партийных комбинаций, и служить непосредственно интересам Родины в ущерб себе или своей партии. Мнение Солженицына в вышеуказанных мыслях, по — моему мнению, слишком предвзято к народным избранникам, Солженицын в своих размышлениях ищет эталон — неуловимый фантом справедливости и честности. Но, фантом является только фантомом — иллюзией, которая не имеет ни чего общего с реальным положением вещей. Так, допустим, что политическая партия, лидеры и рядовые члены которой истинно выражают интересы граждан, все равно — так или иначе, вынуждены будут лавировать в политических «битвах», чтобы получить для себя более выгодное положение в политической нише, которая и позволит данной партии более лучше удовлетворить интересы своих избирателей. Политический мир не прост — «хорошим» партиям и достойным честным политикам приходится лавировать в этой стихии, строить конструкции, позволяющие победить, или переиграть своих политических противников, ведь без победы над своими «отрицательными» оппонентами не возможно деятельно помогать гражданам, или принимать нужные и своевременные законы. «На войне как на войне»
Александр Солженицын отмечает:
«А в таком обширном государстве, как наше, тем меньше возможность проверять избранцев и тем большая возможность их злоупотреблений. Контрольного механизма над ними нет, есть только возможность попытки отказать в следующем переизбрании; иного влияния на ход государственного управления у народного большинства не остается».
Мысль Солженицына здесь более чем понятна, он говорит о досрочном переизбрании гражданами депутатов за ненадлежащее исполнение ими своих обязанностей. Им отмечается, что другого механизма влиять на выборную власть у граждан нет. Здесь, нужно заострить внимание читателя на том, что нам нужен не просто механизм, который бы позволял гражданам отзывать своего депутата, но нам нужен упрощенный механизм отзыва народных избранников, иначе все эти нормы будут только декларациями о возможностях граждан. Далее Солженицын отмечает, что правительство, формируясь из числа представителей партий парламента, согласно занимаемым партиями местам в парламенте. Однако — представители партий большинства, получающие больше мест в правительстве, перестают со временем быть выразителями интересов своих избирателей, так как они подчинены здесь исполнительной власти, и они не могут теперь являться независимыми депутатами. Министры — представители фракций парламента, получая места в правительстве, начинают услуживать правительству, которое всецело подчинено главе исполнительной власти, например — президенту. Мне интересны мысли Солженицына — да, представители фракций парламента в правительстве уже не выражают интересов своих избирателей, и это неоспоримый факт. Я считаю, что верховным органом власти в государстве должен быть Государственный Совет, в который бы вошли представители политических партий парламента, министры стратегических ведомств государства, ген. прокурор и председатель Верховного Суда. Я считаю, что коллегиальное управление государством избавит общество от угрозы диктатуры, а в случае чрезвычайной ситуации, вся власть временно может быть передана председателю Государственного Совета. Считаю, что моя идея жизнеспособна.
К главе «И чем может обернуться»
