Так что же это было? Дмитрий говорит ей такие вещи, о которых она боится думать, в которые не смеет поверить. Может, ей сильно заехали по голове и начался бред? Софья улыбнулась своим глупым мыслям.
Все происходящее — реальность. Теплая волна счастья накрыла ее с головой, у Софьи даже дыхание перехватило. Слезы невольно полились по щекам. Она поспешно стерла их. Что за нелепые сантименты? Что подумает о ней Ярцев? Решит, она снова не верит ему?
Открылась дверца автомобиля, Ярцев положил на колени Софьи огромную пеструю охапку разноцветных роз:
— Очень удачно припарковался, рядом с цветочным магазином. Работают круглосуточно, а вот роз у них не слишком много.
— Ты с ума сошел? — спросила Софья, улыбаясь глупой счастливой улыбкой.
— Я не виноват, это ты свела меня с ума… — он наклонился и снова поцеловал ее.
Городской ночной травмпункт встретил очередью в коридоре и совершенно пьяной парочкой влюбленных неопределенного возраста в регистратуре. Дама время от времени отвешивала подзатыльники своему кавалеру, который держался за забинтованную руку и нехотя огрызался.
— Пошли отсюда, — Ярцев вывел Софью на морозный воздух. — Поедем в частную клинику, тут всю ночь проторчим.
— А там дадут официальное заключение о нанесенных повреждениях? — Софье не хотелось выглядеть зачинщицей драки. Хотя два урода первые на нее напали, все-таки мусорным баком амбала переехала она. Тот серьезно не пострадал, но может подать на нее жалобу.
— Дадут, куда они денутся, — успокоил Софью Ярцев. — Надо было сразу туда ехать, но этот ближе. Не думал, что по ночам столько народа травмируются и такой аншлаг в поликлинике.
Осмотр у врача не обрадовал Софью. Уже и без него было ясно, что синяк будет держаться долго. Рекомендаций по его устранению доктор тоже дать не мог.
— Мышечные ткани не повреждены, — обрадовал Софью врач. — У вас классический синяк. Швы накладывать не надо, так что считайте, вам повезло.
— Да уж, как утопленнице, — вздохнула Софья. — Значит, через три дня у меня синяк только поменяет цвет?
— Да, из багрового станет сине-фиолетовым, — кивнул доктор. — Интенсивность цвета будет зависеть от многих факторов. Припухлость тоже полностью не пройдет.
— Понятно, — и макияж тут слабо поможет. — Спасибо, — поблагодарил Софья и покинула кабинет врача.
Вот и все, не попадет она на конкурс. Софья села в удобное кресло и стала ждать Ярцева. Травматолог отправил его на осмотр к хирургу.
Ярцев вышел из кабинета через полчаса с забинтованным запястьем.
— Перелом? — в ужасе подскочила к нему Софья.
— Нет, растяжение связок. Нормально все. Может, я один в полицию съезжу? Отвезу тебя домой, провожу до квартиры? Ты отдохнешь, а завтра дашь показания? Идет?
— Оба попали в историю, оба будем и выкручиваться, — отрезала Софья. — Все равно мне показания давать. Не хочу растягивать это сомнительное удовольствие. Поехали сейчас.
В полиции просидели почти до утра. Долго заполнялись стандартные анкеты, еще дольше составлялись протоколы. Беседа с уставшим дежурным шла медленно и нудно. Оживление внесли адвокаты Ярцева. Но все равно, бюрократическая машина едва ворочалась.
Наконец Софья поставила подпись под протоколом.
— Можете идти, — устало кивнул в сторону двери полицейский.
Софья поправила пластырь на щеке и покинула кабинет, пахнущий бумагами, канцелярщиной и вечерними бутербродами дежурного.
На жесткой неудобной скамейке, обитой черным дерматином, сидел один из адвокатов Дмитрия. Он задал Софье несколько вопросов, взял номер ее мобильника и пообещал позвонить на следующий день.
— Чем нам с Дмитрием это грозит? — Софья не могла унять волнения. — Ему драка сильно навредит? В карьере, и вообще?..
— Что вы, нет, конечно же! — улыбнулся адвокат ее наивности. — Ни вам, ни Дмитрию Игоревичу ничто не угрожает. Не волнуйтесь, все будет хорошо. Вы задержали опасного рецидивиста. Второго ищут. И не сомневаюсь, найдут в ближайшее время. Его подельник активно дает показания.
— Узнали, почему они напали на меня? — поежилась от воспоминаний Софья. — Или просто хотели… — она не смогла договорить, настолько ей была отвратительна сама мысль о возможной близости с двумя отморозками. — Или их кто-то нанял, чтобы устранить меня? — это еще больше испугало Софью.
А вдруг ее вообще хотели убить? Нет, не может такого быть! Кому она сдалась, мышь серая обыкновенная?
— Полиция с этим разберется, — адвокат ободряюще положил руку ей на плечо. — Возможно, это из-за вашего участия в конкурсе. Так думает и Дмитрий Игоревич.
Мозг Софьи пронзила острая как стрела и яркая как молния мысль. Неужели Роман Соболев опустился до такой низости? Неужели не может простить, что Софья плеснула в него чаем? Так нечего было руки распускать!
Однако, все сходится. Он ее единственный недруг. Не стала бы какая-нибудь участница конкурса устранять всех конкуренток. Они же виделись всего один раз, и тогда трудно было понять, в кого превратится каждая из участниц. Нет, судя по всему, это пакостит Соболев.