Дмитрий вышел от следователя через час в компании двух адвокатов. Немного утомленный общением с полицейским, но довольный.
— Все свободны, всем спасибо, — отпустил он сопровождающих. — Благодарю за поддержку, созвонимся днем.
Обсуждая какие-то сложные аспекты произошедшего инцидента, адвокаты покинули холодный холл.
Дмитрий подошел к Софье, встал напротив нее, улыбаясь взял за руки:
— Устала?
— Немного. Поехали ко мне чай пить? — предложила Софья. — Я ведь хотела тебя пригласить. Но постеснялась. Глупо, правда?
— Я тоже хотел к тебе напроситься. И тоже постеснялся, представляешь? Я и постеснялся, — рассмеялся Ярцев, обнял Софью правой рукой. Поправил оторванный рукав на ее шубке.
— Мне жаль, что я подвела тебя. Ты так много сделал для моей победы, — вздохнула Софья.
— Ты меня не подвела. Ну, не попадешь на конкурс, и что? Тебе это важно?
— Нет, — призналась Софья. — Но мы оба работали над этим. И все коту под хвост… — снова вздохнула она.
— Это мелочи. Ты не расстраивайся, на Новогодний бал мы все равно пойдем.
— Мы похожи на двух маргиналов, — печально посмотрела на Ярцева Софья. — Нет, это невозможно…
— Не горюй, Новый год мы встретим отлично! Обещаю тебе.
Они вышли из отделения. Город спал, тихо кружились снежинки, сверкая холодными искрами, горели яркие глаза уличных фонарей. Тишина и покой окутали улицы. Софья вздохнула полной грудью, с наслаждением втянула в себя морозный воздух. Да, сегодня она пережила удивительное приключение. Опасное, но такое захватывающее!
Они сидели на тесной кухне Софьиной квартиры, пили чай, ели заказанную пиццу и болтали обо всем на свете и ни о чем. Смеялись, вспоминая что пережили сегодня ночью.
— Как ты додумалась таранить мусорным баком рецидивиста? Это ж сообразить надо было! Просто гениально!
— Ну, а что было делать? По башке я дала ему куском мерзлого песка, только вырубила ненадолго, и все.
— Не побоялась руки запачкать.
— Ты серьезно думаешь, что мне в тот момент было это важно? — Софья откусила от куска пиццы и блаженно закатила глаза к потолку. — Похоже, стресс пробуждает аппетит.
— Однозначно, я тоже страшно проголодался.
— А ведь сегодня рабочий день, — напомнила Софья, с наслаждением запивая пиццу сладким и горячим чаем.
— Хорошо возглавлять собственный бизнес. Сам себе хозяин. Можно перенести совещание, можно отложить деловую встречу. Так что я сегодня буду бездельничать и спать до обеда. Зато после обеда мы пойдем выбирать тебе наряд на Зимний бал.
— Нет, не надо. У меня жуткий синяк… — попыталась возразить Софья. — И вообще, я собиралась сидеть дома пока лицо не придет в норму. Мне еще надо будет Максу объяснить, что случилось. И родителям… — Софья почувствовала себя маленькой девочкой, которой предстоит оправдываться в своих глупых поступках.
От одной мысли о родителях ей стало дурно. Мама начнет плакать. Она всегда плачет. И от умиления, и от радости, и от неприятностей.
Отец будет хмуриться и молчать. Так он даст знать, что осуждает легкомысленное поведение дочери — нечего шляться ночью по темным закоулкам. И вообще, приличные женщины сидят дома с ребенком, а не мотаются фиг знает где с едва знакомым мужиком. И мужик козел, раз не проводил до квартиры. А если проводил — то кобель.
При любом раскладе мужчина окажется недостойным Софьи, а Софья — легкомысленной дурочкой, которую жизнь ничему не научила.
— Хочешь, я все объясню Максиму? — предложил Дмитрий, заметив замешательство Софьи. — Расскажу, как ты пыталась задержать рецидивистов. Это же правда.
— Ну, во-первых, не я, а мы, — поправила Ярцева Софья. — А во-вторых, хорошая идея. Мне твоя поддержка не помешает. Так что давай ему расскажем вместе. Вот только родители… Смешно, но я до сих пор оглядываюсь на них. Не хочу их расстраивать и волновать. Но как тут скрыть ночное происшествие, когда у меня все буквально на лице написано?
— Я и с ними поговорю, — пообещал Ярцев. — А пока сварю утренний кофе. Ночь пролетела так быстро, смотри, уже светает, — он отдернул полупрозрачную занавеску.
За окном занимался декабрьский рассвет. Мутный, холодный. Восток зарумянился, а небо стало серо-белесым.
Максим и бабушка пришли в десять утра. Мама обмерла, увидев, на кого похожа ее дочь. И тут же расплакалась:
— Да что с тобой, Соня? Ты что, упала? Или подралась? Какой кошмар! — всхлипывала мама.
— Мама, не волнуйся, — попыталась успокоить ее Софья. — Мы с Дмитрием задержали опасных рецидивистов и сдали в полицию.
— Правда? — восхищенно уставился на Софью Максим.
— Да, тебе все дядя Дима расскажет, — Софья потрепала сына по волосам. — Пойдемте на кухню, поедим пиццу.
— Соня, какая пицца? Не заговаривай мне зубы. Ты лучше скажи, что за рецидивисты? Где ты их нашла? Как умудрилась подраться? Ты же взрослая женщина, какой пример подаешь сыну? — мама вытерла слезы и взяла дочь за подбородок, разглядывая синяк. — Это ужасно! Ты в травмпункте была? Что врачи сказали? Они тебя вообще осматривали, или так, бегло, лишь бы отделаться? А что полиция? — мама закидала Софью вопросами.