Каждая новая секунда создавала все большее напряжение, желание сдаться и в то же время продлить этот момент. Я больше не могла ждать, приподнялась и прижала к себе голову Трэвиса. Вскрикнула и поняла, что он улыбается. Все мое тело словно пронзило электрическими разрядами.
Из-за ласк Трэвиса я не сразу поняла, что мы приехали в «Белладжио», пока не услышала из колонок голос водителя.
— Извините, мистер и миссис Мэддокс, но мы прибыли к отелю. Может, мне сделать еще один круг?
— Нет, дайте нам всего минутку, — сказал я.
Эбби, румяная и запыхавшаяся, полулежала на черном кожаном сиденье лимузина. Я поцеловал ее щиколотку, снял трусики с высокого каблука и передал ей.
Господи, как же она красива! Застегивая рубашку, я не мог отвести от нее взгляда. Эбби сверкнула лучезарной улыбкой, возвращая трусики на место. В дверцу постучался водитель. Эбби кивнула; открыв дверь, я щедро расплатился и подхватил жену на руки. За считаные минуты мы миновали холл и казино. По понятным причинам я хотел побыстрее попасть в наш номер: к счастью, когда я держал Эбби на руках, мой выпирающий член был не так заметен.
Когда мы зашли в лифт, она прижалась к моим губам, не обращая внимания на попутчиков. Я неразборчиво промямлил номер нашего этажа и краем глаза заметил, что улыбающаяся пара, стоявшая ближе всего к кнопкам, выбрала верную цифру.
Как только мы вышли в коридор, мое сердце заколотилось. Я приблизился к двери и полез в карман за ключом, пытаясь удержать Эбби на руках.
— Я достану, малыш, — проговорила она, вынимая карточку, целуя меня и открывая дверь.
— Спасибо, миссис Мэддокс.
— Всегда рада помочь, — улыбнулась Эбби, не отрываясь от моих губ.
Я пронес ее прямиком к кровати и опустил на матрас.
Эбби на мгновение задержала на мне взгляд, потом сбросила туфли.
— Давайте-ка избавимся от вашего платья, миссис Мэддокс. Не хотелось бы испортить такую вещь.
Я перевернул Голубку и медленно расстегнул молнию на платье, целуя каждый открывающийся миллиметр кожи. Моя память хранила воспоминания обо всех потайных уголках ее тела, но сейчас прикосновения обрели новый смысл, ведь теперь эта женщина — моя жена. Я ощутил невиданную прежде радость.
Платье упало на пол, я поднял его и перекинул через спинку стула. Эбби расстегнула бюстгальтер и тоже бросила на пол, я скользнул рукой под кружевную материю ее трусиков. Их-то я уже снимал, с улыбкой подумал я.
Я нагнулся и поцеловал Голубку за ушком.
— Как же сильно я тебя люблю, — прошептал я, медленно спуская ее трусики вниз по бедрам.
Когда они упали к ее ступням, она отбросила их в сторону босой ногой. Я обнял Эбби, набирая полную грудь воздуха, и прижался к ее обнаженной спине. Мне хотелось скорее проникнуть внутрь, мой член сам тянулся вперед, но торопиться не стоило. У нас лишь одна брачная ночь, так пускай все будет идеально.
Я вся покрылась мурашками. Четыре месяца назад Трэвис забрал у меня то, что я не давала еще ни одному мужчине. Я была так одержима желанием отдаться ему, что на волнение не осталось времени. Теперь же, в нашу брачную ночь, я знала, чего ожидать и как сильно он любит меня, но нервничала больше, чем в первый раз.
— Давайте-ка избавимся от вашего платья, миссис Мэддокс. Не хотелось бы испортить такую вещь, — проговорил он.
Я хмыкнула. Мне вспомнился застегнутый на все пуговицы розовый кардиган, покрытый брызгами крови. Потом — наша первая с Трэвисом встреча в столовой.
«Я столько свитеров перепортил», — сказал он тогда с обольстительной улыбкой и ямочками на щеках. Эти самые губы я отчаянно хотела ненавидеть, и они же сейчас прокладывали путь вниз по моей спине. Трэвис подвинул меня вперед, и я оглянулась в ожидании, когда он заберется сверху. Не спуская с меня глаз, он снял рубашку, сбросил обувь и брюки. Покачал головой, перевернул меня на спину и устроился между моих ног.
— А почему не так? — спросила я.
— Хочу смотреть в глаза своей жене, а не экспериментировать… по крайней мере, этой ночью.
Он убрал с моего лица прядь волос и поцеловал в нос. Было забавно наблюдать, как Трэвис тянет время, взвешивая, что и как хочет проделать со мной. Как только мы избавились от одежды и забрались под простыни, он глубоко вздохнул.
— Миссис Мэддокс?
— Да? — улыбнулась я.
— Ничего особенного. Просто захотелось тебя так назвать.
— Хорошо, мне даже понравилось.
— Правда? — Трэвис внимательно посмотрел на меня.
— Ты серьезно спрашиваешь? Разве есть лучшее доказательство, чем клятва быть с тобой всегда?
Трэвис замолчал, его лицо омрачилось, будто в душе происходила борьба.
— Я видел тебя, — еле слышно прошептал он. — В казино.
Мои воспоминания тут же понеслись галопом назад, я решила, что он, скорее всего, встретил Джесса с девушкой, похожей на меня. Ревность может сыграть со зрением злую шутку. Когда я собиралась возразить, что не виделась со своим бывшим, Трэвис вновь подал голос:
— На полу. Я видел тебя, Голубка.
Внутри меня все оборвалось. Он видел, как я плачу. И чем мне это объяснить? Ничем. Нужно переключить его внимание.
