Нет, с неё хватит. И так устроила спектакль с подменой невесты, который неожиданно затянулся…
Лора подвернулась очень кстати. Тем более, Эвелина знала, что девушка любила мужское общество и была не против более тесных отношений с симпатичным мужчиной. Эвелина даже замечала пару раз, как утром растрёпанная и полураздетая Лора выскальзывала из спальни отца… или управляющего Кухарта. Первоначально была шокирована, а потом, поразмышляв, решила, что поведение Лоры и мужчин поместья в спальне — не ее головная боль.
— Не повёлся он, мисс, — доложила горничная дрожащим голосом. — Не знаю, то ли осторожничает, то ли не захотел.
Эвелина смотрела на расстроенное лицо девушки и мысленно поражалась её досаде. Эва неожиданно поняла, что Лора могла и не остановиться в нужный момент.
— Ты точно сделала всё, что нужно?
— Точно, мисс. Что я не знаю, что ли, что делать? — вспыхнула Лора. — Только он высмеял меня, мисс.
— Высмеял? — удивилась Эвелина. — И как же?
Лора отвела взгляд.
— Я не хочу об этом говорить, мисс, — пробормотала она.
— Говори. Это приказ, — резко проговорила Эвелина.
Горничная вздохнула, закусила губу, сжала в коротких пальцах пустой стакан из-под отвара.
— Милорд подождал пока я расстегну платье, а потом сказал, что если мне жарко, то нужно принять душ. Только не в его комнате, а тот, что для домашней прислуги.
— Значит, всё же подождал, пока ты расстегнёшь? — настроение Эвелины стало портиться.
— И ждал, и смотрел, мисс, — кивнула горничная, искоса посмотрев на белое злое лицо госпожи.
— Дотрагивался до тебя? — процедила Эва.
— Нет, мисс. Этого не было, — не стала врать Лора, вспомнив об артефакте правды принца Роберта.
— Свободна, — Эвелина небрежно махнула изящной рукой. — И чтобы больше я не видела тебя рядом с милордом.
— Как скажете, мисс, — покорно пробормотала Лора, почтительно присев в книксене.
Леди Стрендж дождалась, когда девушка скроется за углом коридора, прислушалась к лёгким торопливым удаляющимся шагам, и только после этого направилась к себе.
Тинария уже проснулась, а миссис Луисон помогала девушке одеваться.
— Доброе утро, Эва, — мягко улыбнулась Тина. — Ты снова проснулась раньше меня? Удивительно!
— Доброе утро, миледи, — с почтением проговорила миссис Луисон.
— Доброе, — отстранённо ответила Эва, размышляя над тем, что произошло сейчас в спальне жениха, и достаточно ей данной информации или нет, чтобы нарисовать для себя картину его нравственного облика?
— Ты выполняешь мои обязанности горничной? — с улыбкой поинтересовалась Тинария. — Поэтому встаёшь так рано?
— Нет, конечно, — усмехнулась мисс Стрендж, обращая внимание на девушку. — Твои обязанности на Лоре. Горничные ещё и поспорили немного, кто будет тебя заменять, все хотели.
— Почему? — удивилась Тинария.
— Лора получит за эти дни двойную оплату, — пожала плечами Эва.
Миссис Луисон уложила последний локон в скромной, но элегантной причёске Тинарии, девушка встала с кресла и подошла к зеркалу.
Эва цепким изучающим взглядом осмотрела стройную фигуру подруги детства, та с улыбкой покружилась под её взглядом. А мисс Стрендж внезапно с незнакомым саднящим чувством осознала, что вид молочной сестры и подруги детства вызывает у неё… ревность.
И даже некоторую зависть. Хотя нет, не некоторую, а сильную и поглощающую.
Она вчера не ошиблась.
Эти чувства появились в тот самый момент, когда Эва прочитала заинтересованность и восхищение в глазах лорда Эдварда Дарлина, обращённых на Тину.
Молодые люди вернулись с прогулки и прощались у дома, потому что Тина решила ехать в деревню — кто-то там снова заболел и без неё совсем никак. А лорд так смотрел на ту, кого считал невестой…
Эва испытала настоящие шок и изумление. Чтобы такому мужчине, как лорд Дарлин, понравилась Тинка? Дочь прачки и солдата? Горничная? Плебейка без манер и родословной? Да разве такое возможно?!
А потом, когда лорд Эдвард провожал уходящую Тинарию долгим пристальным взглядом, леди Эвелина Стрендж убедилась, что — да, вполне возможно.
Возможно, ведь на Тинке её платье, причёска, которую обычно горничные делают Эве, драгоценности, туфли и зовут её последние дни вовсе не Тинария Налт, а леди Эвелина Стрендж. И ведёт она себя не как домашняя прислуга, скромно и тихо, а как леди из высшего общества, как хозяйка поместья, — с достоинством, будто родилась леди.
Червячки ревности и зависти в сердце Эвы сначала понемногу, неуверенно, а потом сильнее стали выедать его. К концу вчерашнего дня Эве казалось, что они так измучили сердце, что оно стало напоминать гнилое червивое яблоко. Мисс Стрендж долго не шла спать в свою комнату, не желая встречаться и разговаривать с той, что стала причиной её страданий. Ждала, когда Тинария заснёт.
Когда Эвелина проснулась утром и увидела рядом подругу, всмотрелась в спящее невинное лицо, вспомнила, как та добра и бесхитростна, то решила, что вчера излишне себя накрутила, и ей всё показалось. Эва решила побыстрее закончить со спектаклем, который уже её не радовал, и отправила Лору к жениху с определенным поручением.