— Тогда я не понимаю твоего заявления об обстоятельстве?
Не оборачиваясь к мужу, не сводя пристального взгляда с внешне уверенного и спокойного лица сына, леди Эмилия проговорила:
— Джереми, милый, объясни мне, почему, пока вы молоды, считаете априори всех женщин… хм… недалёкими? Даже собственных матерей? Почему всегда недооцениваете нас?
— Это необъяснимо, дорогая, — пытаясь вновь сдержать улыбку, ответил лорд Дарлин. — Полагаю, подобное заблуждение в крови каждого мужчины. И только со временем мы убеждаемся, как ранее ошибались. Причём с каждым годом всё больше.
— Эди, ты всё понял? — обратилась леди Эмилия к сыну.
— Вообще ничего не понял, — хмуро отозвался Эдвард, подавив тяжёлый вздох.
— Когда ты писал письмо своим братьям, в которых восхищался невестой — целительницей, ты же писал о мисс Налт, а не об Эвелине Стрендж? — сухо пояснила леди Эвелина. — И когда восхищался голубыми глазами невесты, ты тоже писал о глазах целительницы, а не глазах Эвелины? И когда заставил меня написать миллион приглашений на свадьбу, думал тоже об этой девушке?
Эдвард с изумлением уставился на мать, которая хмуро и строго смотрела на него.
— Каким образом вышло так, что ты влюбился в горничную невесты, принимая девушку за Эвелину? — сдержанно поинтересовалась леди Дарлин.
— Из-за недоразумения.
— Они настолько похожи?
— Нет. Лишь немного.
— И как же ты смог перепутать?
— Я не помнил лица мисс Стрендж.
— Неудивительно. Ты её ни разу не видел. За все время помолвки ты не удосужился…
— Мама, хватит. Пожалуйста. Я не хочу случайно нагрубить тебе. Или обидеть. Не нужно допрашивать меня и не нужно отчитывать. Я принял решение. Это моя жизнь. И я сам решу, с кем её связать, — в голосе Эдварда отчётливо слышались металлические нотки, взгляд стал ледяным.
— Эди, выслушай меня, пожалуйста, — мгновенно сменила тактику леди Эмилия. — И прости за этот допрос. У меня есть оправдание. Я очень люблю тебя. Я хочу тебе счастья. И мисс Стрендж я выбрала для тебя не спонтанно, поверь. Я узнала эту девушку, встретившись с ней при дворе его величества, и о ней тоже разузнала, я разговаривала с ней, и она понравилась мне. Мисс Эвелина Стрендж не только красива, остроумна и элегантна, но ещё хорошо воспитана и обучена. А если дополнить её образ титулом и приданым, то она прекрасная невеста во всех отношениях.
Эдвард смотрел на мать с непроницаемым выражением на лице, уже жалея, что решил навестить родителей в последний день отпуска.
— Чтобы расторгнуть помолвку с такой девушкой, должна быть очень серьёзная причина. И я вижу здесь только одну, — голос леди Эмилии прозвучал тихо и грустно.
— Мама. Пожалуйста. Хватит, — Эдвард встал, намереваясь уйти.
— Ты завтра уедешь ко двору. Приступишь к службе. Мы не скоро увидимся. Когда ещё мы сможем поговорить? — в прекрасных серых глазах миледи Дарлин теперь появились мольба и нежность, которым Эдвард никогда не мог сопротивляться.
Он вздохнул, сдаваясь. Смягчаясь. И снова сел за стол.
— Я поняла, что сделала Эвелина, — вдруг понизив голос, мягко проговорила леди. — И не осуждаю её за это. Тебя нужно было щёлкнуть по носу. К сожалению, ты заслужил это. То, что Эва использовала «Отражение», меня не удивляет, — она любит эту игру. Но вышло так, что ты влюбился? И даже когда всё раскрылось, ты не разлюбил… ту девушку? Дорогой мой, не смотри так на меня. Я делаю этот вывод, потому что ты решил расторгнуть помолвку. Я чувствую, что инициатива исходила от тебя, а Эвелина лишь поддержала твоё решение. И меня мучает непонимание. Неужели горничная мисс Стрендж намного лучше и интереснее девушки, которая является истинной леди, принадлежит древнему роду, красива и умна? Объясни мне, Эдвард, я не понимаю.
В малой столовой наступило гнетущее молчание, пока его не прервал спокойный и ровный голос лорда Джереми Дарлина. Причём милорд отошёл со своего поста, всё это время находящегося за спиной супруги и встал так, чтобы его видели и жена, и сын.
— Зная нашего младшего сына, моя хрустальная, здесь может быть только одно объяснение, — уверенно произнес лорд.
— Одно? — искренне удивилась миледи, обращая вопросительный взгляд на мужа, ставшего, наконец, к её облегчению, серьёзным.
— Одно. В лице мисс Налт наш сын встретил свою истинную пару. От которой, похоже, сбежал.
Леди Эмилия издала невнятное восклицание, то ли радостное, то ли полное негодования, и в полной растерянности, такой, в которой ни муж, ни сын никогда её не видели, уставилась на сына. В широко распахнутых прекрасных глазах плескалось море самых противоречивых эмоций.
Эдвард же застыл мраморной статуей и пристально, не мигая, смотрел в серьёзные глаза отца.
Во взгляде лорда Джереми Дарлина отчётливо читались непонимание и осуждение. Никакой привычной поддержки сын в них не нашёл.
На следующий день после дня рождения Тинария встала с тяжёлой головой.
«Неужели после двух бокалов вина мне стало так плохо?» — удивлялась она.
Девушка решила не терпеть боль и помочь себе, применив магию. На некоторое время боль ушла, но потом, к удивлению Тины, вернулась снова.