Фрау Фибих не отрываясь смотрела на Цирота. Ее прекрасный рот был приоткрыт. Губы дрожали. Пассажиры проходили мимо, не обращая на нас никакого внимания. Симпатичная блондинка обернулась и послала в мою сторону воздушный поцелуй — правда, как оказалось, он предназначался вовсе не мне, а толстому господину за мной, похожему на тюленя.
— Нужно было пришить тебя! — сказал Цирот, когда я повел его обратно.
— Да, это было бы верней, — согласился я.
Подбежали двое. Взволнованная супружеская пара, по-видимому, американцы. Мужчина в развевающемся плаще и шарфе, красный и запыхавшийся, на бегу обернулся поглядеть, поспевает ли за ним жена, и столкнулся со мной.
В тот же миг Цирот пнул меня по ноге и резко толкнул. На мгновение я потерял равновесие. Цирот одним махом перепрыгнул через скамейку, петляя, как заяц, и пригибаясь, на секунду исчез за большим филодендроном, затем вынырнул снова и побежал по лестнице, которая вела к главному входу. Нас разделяло уже шагов тридцать. Я бросился следом. Рядом со мной бежала фрау Фибих. Она уронила пальто, которое было перекинуто через руку, но даже не остановилась, чтобы поднять.
— Стой! — закричал я.
— Только не стреляйте, пожалуйста! — крикнула фрау Фибих.
Я и не собирался — оружия у меня не было. Видимо, она неверно истолковала движение моей руки.
Цирот вбежал в зал ожидания.
— Стойте! Остановитесь! — продолжал взывать я.
Он не реагировал. Вот он забежал за газетный киоск — и вдруг исчез, как сквозь землю провалился.
Я не останавливался. Нога болела, но бегать я умел. Фрау Фибих отстала. Я снова увидел его за прилавком с книгами, сделал два огромных прыжка и схватил за руку. Но это был не он. На меня испуганно уставилась совершенно другая физиономия. Такое же пальто, такой же портфель-дипломат. Ошибочка вышла.
— Извините, — тяжело дыша, сказал я.
Фрау Фибих догнала меня. Ее затравленный взгляд выдал мне, где искать Цирота. Он бежал по другой стороне, вдоль касс.
— Цирот! — закричал я. — Остановитесь!
И бросился, за ним. Люди в недоумении замирали, как вкопанные, и начинали озираться по сторонам. Завизжала какая-то женщина. Мужчина в грубошерстном пальто остановился и раскинул руки, загораживая дорогу Цироту. Но тот пригнулся и проскочил под рукой, так и оставив обалдевшего ловца стоять с распростертыми объятьями. Ко мне присоединились еще двое.
— Что случилось? — на бегу спросил первый.
— Вон тот, впереди, подозревается в убийстве! — объяснил я. И напрасно, поскольку добровольцы тут же отстали.
Цирот, бежавший по направлению к главному входу, вдруг резко повернул вправо, к боковой лестнице, которая вела в цокольный этаж. Там, внизу, находились багажное отделение и всякие служебные помещения. Нас уже разделяло всего несколько метров. Фрау Фибих не отрывалась, продолжая дышать мне в затылок. Она уже сбросила туфли на каблуках и бежала в одних чулках. Туфли сиротливо лежали на полу в зале ожидания.
— Черт возьми, Цирот, остановитесь же! — закричал я снова.
— Не стреляйте! Не надо! — в страхе завопила фрау Фибих.
Два или три человека заголосили:
— Напали! Хватайте! Сюда!
Кто-то громогласно взывал к полиции.
— На помощь! — верещал пронзительный женский голос.
Разнообразные эти крики эхом отдавались по всему зданию аэропорта.
Динамик снова зарокотал на двух языках, приглашая пассажиров, следующих рейсом «Франкфурт — Мадрид», немедленно подойти к стойке В. У входа на лестницу путь мне преградила целая группа девиц — видимо, школьная экскурсия. Они были заняты собой, хихикали и оживленно болтали, и я потерял секунд двадцать, пока пробирался между ними, стараясь делать это достаточно галантно. Фрау Фибих тем временем опередила меня и быстро спускалась по лестнице. Далеко впереди бежал Цирот.
Он обернулся, чтобы поглядеть, где я, и тут же налетел на тяжело груженого толстяка. Шляпа бедняги упала на пол, он выронил один из чемоданов. Цирот отпихнул его и побежал дальше.
— Ну ты, хам! — выругался тот и, отдуваясь, схватился за перила.
