— Как видите, мистер Джаггер, есть безграничное множество возможностей оказать на вас нажим, не прикасаясь даже пальцем. Вы только что испытали на себе бурю вспышек и звуков. Человеческий мозг способен выносить это только ограниченное время, но этого времени, как правило, бывает достаточно, чтобы добыть необходимую информацию. Что вы предпочтете: проявить благоразумие или рискнуть своим психическим здоровьем?
Машина подъехал на коляске вплотную к Джаггеру. Бархран последовала за своим повелителем. Склонилась к его уху и что-то прошептала. Джаггер заметил, сколь жестоким был направленный на него взгляд азиатки.
Машина послушал, что она говорит, и произнес все так же напыщенно:
— Мы теряем время. Ваше упрямство начинает Нам докучать. У Нас есть другое средство.
Он сделал знак рукой, и Кадбюри подбежал, полный рвения. При виде этого рвения у Джаггера волосы встали дыбом.
Машина повернулся на кресле ко второму устройству, стоявшему между Джаггером и подиумом.
— Я уже имел случай заметить, — продолжал он, — что в последнее время техника шагнула далеко вперед.
С ее помощью можно решать самые различные проблемы. Продемонстрируй-ка, — кивнул он Кадбюри.
Кадбюри подошел к металлическому столу и переключил какие-то тумблеры на пульте управления. Надел защитные очки и рукавицы из асбеста и вытащил из ящика в верстаке металлическую пластинку.
Закрепил пластинку в массивные тиски на верстаке. Теперь она располагалась как раз под соплом резака. Кадбюри установил переключатель в нужное положение и нажал на педаль.
Негромкое жужжание аппарата сменилось резким свистом. Из сопла вырвался узкий серебристый луч, тотчас же превратившийся в облако пара. Весь стол начал медленно поворачиваться вокруг своей оси.
Демонстрация закончилась так же быстро, как и началась. Свист опять сменился жужжанием. Стол остановился. Исчезло облако пара, погас луч. В толстой металлической пластинке оказался вырезан круг диаметром сантиметров десять. Когда Кадбюри развернул винт тисков и поднял пластину, середина ее выпала.
— Вода, — сказал Машина. — Всего лишь вода под давлением пятнадцать тысяч фунтов на квадратный сантиметр. Ну, а теперь перейдем к практическому использованию этого замечательного аппарата.
Не успела Брайони понять, что происходит, как Кадбюри и Тримбл уже схватили ее. Она попробовала было сопротивляться, но они понесли ее к тому самому столу, который так походил на операционный. Джаггер с ужасом понял, что он не просто похож — он действительно предназначен для каких-то операций. Металлические захваты сковали ноги, руки и талию девушки. Джаггер отчаянно рванулся, пытаясь освободиться от ремней — теперь он понял, что шепнула своему хозяину Бархран.
Кадбюри, у которого капала изо рта слюна, развернул стол, и тот встал на ребро. Брайони, прикованная к нему, оказалась в таком положении, что Джаггер мог видеть ее бледное лицо.
Кадбюри одним рывком разорвал на ней блузку. Подцепил пальцем бюстгальтер и дернул. Застежка сломалась, обнажилась грудь. В ярости от собственного бессилия Джаггер наблюдал за происходящим.
Кадбюри повернул резак так, что смертоносное сопло оказалось как раз у груди, напротив соска. Он ждал команды.
— Для начала удалим сосок, — сказал Машина. — Или, может, вы предпочтете все рассказать нам?
Джаггер ответил хрипло:
— Да, предпочту.
На лице Кадбюри читалось откровенное разочарование. Глаза Бархран гневно сверкали.
Машина подался вперед в своем кресле.
— Тогда говорите.
— Я ведь уже сказал, — в отчаянии начал Джаггер, — что за мной не стоит никакой организации. Только…
Машина махнул рукой. Нога Кадбюри нажала на педаль, из сопла вырвался серебристый луч. Брайони дернулась, пытаясь освободиться. Облако пара окутало ее, и она потеряла сознание. Кадбюри захихикал.
В тот же миг Джаггер откинул голову и испустил звериный вопль. Но тут же отчаянным усилием воли взял себя в руки и начал говорить быстро и монотонно. Сообщил о своей встрече с Силидж-Бинном, добавил кое-какие детали из собственного прошлого, пытаясь тонко сочетать правду и вымысел. Под конец рассказал, как Тримбл захватил их с Брайони в Кембридже.
Делая вид, будто выложил все как на духу, он закончил так:
— Вы пытались убить меня. Вы убили при этом множество неповинных людей, взорвав самолет. Но я могу только еще раз заверить вас, что нет никакой тайной организации, которая стояла бы за мной, нет никого, кто пустил бы меня по вашему следу. Я все делал исключительно по собственной воле. Один. Совсем один.
После этих слов воцарилось молчание. Наконец, Машина сказал:
— Ваши показания соответствуют фактам.
Он кивнул Кадбюри, и тот привел стол с Брайони в горизонтальное положение. Было заметно, как он был разочарован таким развитием событий. Тримбл застегнул на Брайони блузку. Она шевельнулась, но захваты держали ее по-прежнему.
Машина продолжил:
