— А что еще он сказал? — поинтересовался я. Но я не хотел, что бы Джекс продолжал, точнее что бы он знал, почему я пригрозил этому старику.
— Да ничего больше, — ответил Джекс.
Мы молча курили некорое время, а потом Джекс спросил:
— Кстати, кто эта рыжая?
— Ах ты, сукин сын! Я уж думал ты не спросишь. — ответил я, ухмыляясь, ему. Я знал, что Кравец все наябедничал Католику. Гнида паршивая, — Просто рыжая, которую я хотел трахнуть.
— Ну и? Трахнул?
— Неа.
— А что так? Больше не встает? Или показать тебе пару приемчиков, может хоть тогда будешь знать, как трахаются настоящие мужики, — сказал Джекс, явно возвращая мне должок.
— Джекс, отъебись! Со мной все впорядке, просто ее не было в номере. — вроде как отмазался я.
— Ну пошли посмотрим вернулась она или нет. Трахнешь ее и спустишься на землю, чувак. А то эти сопливые отмазки тебе не очень идут. — снова, улыбаясь, сказал Джекс.
Он знал меня с детства, мы росли вместе, учились вместе, нам нравилась одна и та же девочка в младших классах, мы пошли вместе служить, ну и короче мы типо неразлей вода.
Его идея мне понравилась, сейчас уже чуть больше одиннадцати вечера, думаю, она уже в кроватке, мастурбирует и готовится для меня. Мы сели в тачку Джекса и поехали в мотель. Я сказал Джексу вырубить фары и тихо припарковаться сзади мотеля, и если мое веселье затянется пусть не ждет меня. Я знал в каком номере она остановилась, тихо поднялся на две ступеньки, оглянулся вокруг, я не хотел, что бы меня заметили, особенно этот червяк Кравец.
Я начал заглядывать к ней в окно. Через узенькие занавески я мог увидеть, что ее нет в комнате, но постель смята, свет горит, а значит она в номере. И, да, дьявол, я чувствовал себя четырнадцатилетним сопляком, который подглядывавет за голыми девицами, что бы хорошенько подрочить. Я тихонько повернул ручку и дверь открылась. Она что, блядь, двери не умеет закрывать? Хотя так намного легче. Ничего ломать не придется.
Я вошел и закрыл за собой дверь, с ванны доносились звуки включенной воды. Но потом резко прекратились. Значит она закончила. И что теперь? Я, блин, немного растерялся. Я знаю, как действовать, когда ты на территории врага. Как оглушить, как убить, как поколечить, как, мать его, выжить, если твои шансы равны нулю, но как поступать сейчас я не знал. Джекс прав, я, блядь, и правда стал каким-то сосунком! Охренеть!
Тут открылась дверь ванной и она вышла. Я затаил дыхание, я не знал что будет дальше и потому действовал как всегда, достал пистолет и направил не нее. Круто да, я настоящий мужик, направил пистолет на полуголую женщину.
Да сыкун я, вот кто я!
Блядь, блядь, блядь!
Несколько секунд она стояла, обмотанная полотенцем, боком ко мне и пыталась продеть кончик полотенца между грудей, когда она наконец закончила, то повернулась сделала шаг, потом второй и замерла. Она выглядела офигенно, на голове полотенце, которым она обмотала волосы, дальше идут розовые щечки, полотенце на талии и одной рукой она его придерживает, а вторую поднесла ко рту, наверное испугалась. Ну еще бы, у меня же в руке не цветы и конфеты. Я поднес указательный палец к своим губам и тихо сказал:
— Шшш… только не кричи.
Я увидел, как покатились слезы с ее глаз, одна за другой, потом третья, четвертая и так далее.
— Не двигайся, я не причиню тебе вреда, — сказал я, поднимая вторую руку, показывая, что я говорю правду. И тут она моргнула и с ее глаз покатилось еще больше слез. Но она не кричала и не двигалась. Мне кажется, она даже не дышала. — Ладно, дышать ты можешь, — сказал я, и она выдохнула.
И сейчас до меня дошло, что она и правда не дышала. Блядь, я ее напугал. Молодец Гибс!
— Слушай, мне надо знать, что ты делала у нас в баре? И если тебя кто-то послал разведать обстановку, я должен знать кто. Ты должна рассказать мне все. Всю правду, рыжая. — я помолчал, а потом добавил, — Скажи, кто тебя послал, я тебя не трону, я обещаю. Смотри, — обратился я снова к ней, — Я убираю пистолет, я его не направляю на тебя так, что начинай говорить. Все. С самого начала. И Бога ради, не реви, я тебя умоляю.
Я не совсем все поняла, но, вытерев одной рукой слезы с лица, а второй, прижимая полотенце плотнее к себе, я вдохнула полную грудь кислорода и начала говорить.
— Я приехала из Дайвенпорта, мне 27, я училась на…
— Да не это! — заорал он. — Что ты делала в баре, какого хрена ты там потеряла? Отвечай.
