Я подошел к ней вплотную, взял ее за подбородок и медленно поднял его так, что бы она смотрела мне прямо в глаза. Я вижу как бьется пульс на ее шее, слышу ее тяжелое дыхание, чувствую как она дрожит и мне это нравится, мне нравится, как краснеют ее щечки от слов, которые я произношу. Мне нравится, как она сопротивляется мне, это заставляет меня хотеть ее еще больше. Блядь, мой член больше не вытерпит этой пытки, он хочет быть глубоко похоронен в ее киске. Я хочу быть глубоко …. и тут зазвонил мой телефон. Как, Мать Вашу, Вовремя!
Я поднес свою пушку к ее шее, холодный металл коснулся ее оголеной кожи и она вздрогнула, а потом сглотнула и начала лихорадочно вдыхать воздух. Она боится и мне это нравится. Мне это, пиздец, как нравится.
Наконец мой мобильный перестал звонить.
Я начал медленно опускать пистолет по ее коже, дошел до ложбинки и до края полотенца. Я просунул пистолет ей между грудей и начал спускать его вниз, она вдохнула и крепко зажмурила глаза. Полотенце упало. Господь Всемогущий, она так прекрасна! Она стоит голая передо мной! Я убрал пушку за пояс, и она, воспользовавшись моментом, начала руками прикрываться, а потом попыталась нагнуться, что бы поднять полотенце, но я схватил ее за запястье и крепко сжал.
— Даже не думай, рыжая. — предупредил я.
Мне хотелось смотреть на ее великолепное, белоснежное тело. Блядь, эта боль в штанах становилась все сильнее и сильнее. Я просто больше не в силах терпеть. Она подняла руку и положила ее мне на грудь, точнее она ударила меня, но эта попытка меня оттолкнуть была бесполезной для нее. Но не для меня, я схватил обе ее руки, поднял над головой и схватил своей левой рукой оба ее запястья. Она попыталась вырваться. И я почти прорычал:
— Не двигайся, рыжая. Не Двигайся!
Я начал опускать свою правую руку на ее лицо, на шею, потом на грудь и сжал ее. Она замерла и не двигалась, просто жевала свои губы, что бы не крикнуть. Я провел своим мозолистым большим пальцем по ее розовому набухшему соску, тот еще больше затвердел, потом я начал щипать его, но не больно. Она со свистом втянула воздух. Я отпустил сосок и начал спускать руку ниже по ее животу, при этом, шепча ей на ухо:
— Рыжая, я так хочу тебя трахнуть. Чувствуешь? — я потерся своим членом о ее бедро, — Чувствуешь, как сильно ты меня возбуждаешь. Откройся для меня, — я уже опустил свою руку на ее лобок и … Блядь, она такая гладкая, ни одного волоска, ни одной щетинки царапающей мою ладонь, только лишь гладкая белая кожа. Мой член еще больнее начал пульсировать, и на этот раз, к нему еще добавились мои натянутые яйца. Это пиздец как больно, но я не хочу спешить. И это в первый раз, когда я не хочу спешить с женщиной.
Я поцеловал ее шею, медленно продвигаясь наверх к ее подбородку, потом поцеловал ее скулу, всосал мочку ее уха и она застонала, потом повернула голову на бок и начала прикусывать кожу на внутренней стороне предплечия, что бы приглушить звуки, которые она издает. Я уверен, она не хочет, что бы я знал, насколько сильно она меня хочет, но я уже знаю потому, что свою руку я просунул ей меж бедер и почувствовал какая она мокрая. Она, блядь, вся текла. Она была готова для меня, и я просунул один палец ей в киску, она приподнялась на ципочки и застонала, потом я просунул еще один палец в нее, она поморщилась и часто задышала. Она была очень узкой, и мой член дёрнулся.
— Раздвинь ножки, красавица. Давай, сделай это, раздвинь их для меня, — прошептал я ей. Она отрицательно помотала головой. Я положил большой палец ей на клитор и начал массировать его, она застонала, ее ноги подкосились, я понял, что такого она не ожидала, ее тело само откликнулось на мои ласки, и я почувствовал еще больше влаги у себя на пальцах. Ее киска была такая тугая и горячая, что я сам закрыл глаза и представил каково это трахать ее не пальцами, а моим членом. Дьявол, мой член вырос еще на несколько сантиметров, хотя я не знал, что он может быть больше, чем он есть обычно. Мои яйца начали еще сильнее натягиваться, я готов был кончить в штаны, как почувствовал, что ее киска сжала мои пальцы, она задрожала, снова укусила себя за внутреннюю сторону предплечья, пытаясь подавить стоны, но я все равно услышал, как она пискнула и потекла. Она кончила. Она за пять секунд кончила. Такого у меня никогда не было.
— Ты кончила. Боже, рыжая, ты только что кончила. Сколько я тебя трахал пальцами, секунд пять-шесть? И ты кончила. Дьявол, женщина, представь, сколько раз ты будешь кончать, пока я буду трахать тебя своим членом, — я почувствовал как стенки ее влагалища сжали мои пальцы. О,да! Она тоже этого хочет.
— Нет, — еле дыша, прошептала она, но я даже не обратил внимания. Ее язычок понадобится потом, не сейчас. Да и ее тело отвечало за нее.
