«Что со мной такое…»
Он вернулся в офис, забрал аккумулятор, вернулся на студию, и съемки с задержкой в час наконец начались. Много времени улетело в никуда, но, к счастью, в течение дня весь план кое-как отработали.
– Простите! – извинился после съемок красный как рак Харуто.
– В последнее время у тебя впрямь все валится из рук.
– Простите! С завтрашнего дня…
– Вообще, можешь больше не приходить.
– Что?..
– Не знаю, что у тебя случилось, но мы не можем себе позволить работников, которые не горят своим делом. На место ассистента достаточно желающих.
– Постойте! С завтрашнего дня – нет, с этой секунды – я больше не буду ни на что отвлекаться! Умоляю, только не увольняйте! Пожалуйста!
Саваи вздохнул и строго посмотрел на Харуто:
– Учти, последний шанс.
Никогда молодой человек прежде не видел такого выражения на лице у начальника. Он невольно сглотнул.
Харуто закончил раскладывать реквизит по местам и отвез в офис всю технику. Пока приводил фотоаппарат в порядок, размышлял о своих сегодняшних неудачах. И вдруг его окликнули сзади:
– Асакура!
Молодой человек обернулся и увидел в дверном проеме Макото. Он-то думал, она уже ушла домой.
– Что такое?
– Да забыла кое-что.
С этими словами девушка забрала из своего ящика какие-то листы. Харуто бессильно сжал кулаки и опустил голову.
– Ты чего? – удивилась Макото.
– Простите за сегодня, – извинился Харуто и поклонился так низко, что врезался лбом в бумаги на столе.
– Ты как, свободен сегодня? Может, перекусим?
– Что? Но ведь уже одиннадцать?
– И правда. Из-за кого это мы так поздно закончили? – подтрунила девушка, и Харуто снова извинился, но она только рассмеялась: – Шучу-шучу. Напомни, ты живешь в Дайтабаси? Я в Эйфукутё, так что можем вместе поехать.
В итоге они завернули в идзакаю у станции Мэйдаймаэ.
Даже в такой поздний час все места на втором этаже оказались зарезервированы, пришлось сесть за длинный стол возле окна с видом на платформу. Вскоре принесли холодного пива, Макото отметила, что они славно сегодня потрудились, подняла бокал и залпом выпила его почти весь.
– Ух, хорошо! – воскликнула Макото с невинной улыбкой. – В последнее время постоянно по дороге с работы пью пиво. Скоро пузико отращу.
– Ну не знаю…
– Ты чего такой мрачный? Хотя на тебя в последние дни вообще без тоски не взглянешь.
Макото покачала головой, будто насквозь разглядев чувства собеседника, и осушила остатки бокала.
– Ну, тут к гадалке не ходи: разбитое сердце. Мне еще пива, пожалуйста!
Разбитое сердце… Лишь теперь, когда кто-то произнес эти слова, Харуто осознал, что с ним произошло. Ему разбили сердце.
– Та самая, которую ты замуж позвал?
– Ну да…
– А чего разбежались?
Харуто скривился:
– Похоже, она вернулась к прежнему парню.
– Ни фига! Вот отстой! – расхохоталась Макото, промакивая губы салфеткой.
– Не смейтесь, пожалуйста!
– Ну сам посуди! Только ты спрашивал у господина Саваи, как лучше сделать предложение, а тут ее увел другой – это ж надо так вляпаться!
– А вы не сыпьте мне соль на рану… – попросил Харуто, тоже отхлебывая пива. – Хотя вообще-то согласен.
Он криво усмехнулся.
«Ужас, сейчас расплачусь. Нельзя, стыдно. Терпи, Харуто Асакура, терпи!»
Но как он ни сдерживался, его волной накрыла тоска.
«Мисаки, наверное, и теперь с тем парнем? А про меня даже не вспоминает. Целуется с ним, обнимаются… Проклятье! Не могу!»
– Еще пива, пожалуйста!
Чтобы как-то побороть отчаяние, он набросился на алкоголь. Мгновенно выдул пиво, вслед за ним заказал саке, а напоследок залил в себя три стакана виски с содовой. Его развезло, и он выпустил весь накопившийся пар:
– Бесит! Как же я сам себя раздражаю! Девушка бросила ради бывшего, а я хожу побитый и еще чуть не испортил работу господину Саваи… Вот кретин! Набью себе по всему телу татуировки с сутрами раскаяния!
– Ну-ка бросай. Будут тебя считать Безухим Хоити[25].
– Эх, – вздохнул Харуто, бессильно расстилаясь по столу. С жалостью к себе пробормотал: – Никогда не мог понять, за что господин Саваи решил взять меня на работу. Я же бездарь, даже самое простое поручение выполнить не в состоянии.
– Не знаю, но считаю, что на ошибках учатся.
– Но…
– Никаких «но». Ну-ка, бездарь, голову подними.
Харуто вяло послушался.
– Я прекрасно знаю, что такое разбитое сердце. И со мной случалось. Часто бывает, что любимые уходят к кому-то еще.
– Часто?..
– Сам посуди: у людей, как у детей, всегда растет аппетит, даже когда они полностью насыщены любовью. Бывший позвонил как раз когда ей не хватало внимания. Любовь – это в основном про удачно подгаданный момент.
– Она не такая… – Харуто насупился.
Макото прыснула:
– Прелесть. – Она опустила подбородок на раскрытые ладони, губы изогнулись в серповидной, как молодая луна, улыбке, а глаза сощурились. – Удивительно, какой ты невинный. Это была твоя первая девушка?
– Нет, я раньше встречался. Но…
– Но?
