Однако и это не вполне удовлетворило меня. Вскоре я решил жить
исключительно на фруктовой пище и есть по возможности самые дешевые фрукты.
Мы хотели жить так, как живут самые бедные люди.
Фруктовая пища оказалась очень удобной. С приготовлением пищи было
фактически покончено. Сырые земляные орехи, бананы, финики, лимоны и
оливковое масло составляли наше обычное меню.
Должен, однако, предостеречь тех, кто стремится стать брахмачари. Хотя я
выявил тесную связь между питанием и брахмачарией, очевидно, основное - это
душа. Постом нельзя очистить преисполненную грязных намерений душу.
Изменения в питании не окажут на нее никакого влияния. Похотливость в душе
нельзя искоренить иначе, как путем упорного самоанализа, посвящения себя
богу и, наконец, молитв. Однако между душой и телом существует тесная связь, и чувственная душа всегда жаждет лакомств и роскоши. Ограничения в пище и
пост необходимы, чтобы избавиться от этих склонностей. Вместо того чтобы
управлять чувствами, чувственная душа становится их рабом, поэтому тело
всегда нуждается в чистой, невозбуждающей пище и периодических постах.
Тот, кто пренебрегает ограничениями в пище и постами, так же глубоко
заблуждается, как и тот, кто полагается только на них. Мой опыт учит меня, что для того, чья душа стремится к самоограничению, пост и воздержание в
пище очень полезны. Без их помощи нельзя полностью освободить душу от
похотливости.
XXXI. ПОСТ
Примерно в то же время, когда я отказался от молока и мучного и перешел на
фруктовую пищу, я начал прибегать к посту как к средству самоограничения.
М-р Калленбах и здесь присоединился ко мне. Я и раньше время от времени
постился, но делал это исключительно ради здоровья. То, что пост необходим
для самоограничения, я узнал от одного своего приятеля.
Родившись в семье вишнуитов от матери, которая соблюдала всевозможные
трудные обеты, я еще в Индии соблюдал экадаши и другие посты, но делал это, лишь подражая матери и стараясь угодить родителям.
В то время я не понимал действенности поста и не верил в него. Но увидев, что мой приятель, о котором я упомянул выше, постится с пользой для себя, надеясь поддержать обет брахмачарии, я последовал его примеру и начал
соблюдать пост экадаши. Индусы, как правило, позволяют себе в дни поста
молоко и фрукты, но такой пост я соблюдал ежедневно. Поэтому, постясь, я
стал разрешать теперь себе только воду.
Случилось так, что, когда я приступил к этому опыту, индусский месяц
шраван совпал с мусульманским месяцем рамазаном. Семья Ганди обычно
соблюдала обеты не только вишнуитов, но шиваитов и посещала и вишнуитские и
шиваитские храмы. Некоторые члены семьи соблюдали прадоша на протяжении
всего месяца шраван. Я решил поступать так же.
Эти важные опыты проводились на ферме Толстого, где м-р Калленбах и я
проживали вместе с несколькими семьями участников сатьяграхи, включая
молодежь и детей. Для детей у нас была школа. Среди них было четверо или
пятеро мусульман. Я всегда помогал им соблюдать религиозные обряды и поощрял
их к этому. Я следил за тем, чтобы они ежедневно совершали свой намаз.
Мальчиков - христиан и парсов - я считал своим долгом также поощрять к
соблюдению ими религиозных обрядов.
Я убедил мальчиков в течение этого месяца соблюдать пост рамазана. Сам я
еще раньше решил соблюдать прадоша, но теперь предложил мальчикам - индусам, парсам и христианам следовать моему примеру. Я объяснил им, что всегда
полезно присоединиться к другим в любом акте самоотречения. Многие жители
фермы приветствовали мое предложение. Мальчики, индусы и парсы, не подражали
во всем мальчикам-мусульманам; в этом не было необходимости.
Мальчики-мусульмане должны были принимать пищу только после захода солнца, в
то время как другим не надо было соблюдать это правило, и они могли готовить
лакомства для своих друзей-мусульман и оказывать им различные услуги. Кроме
того, индусские и другие мальчики не обязаны были находиться вместе с
мусульманами во время их последнего приема пищи перед восходом солнца по
утрам; и, конечно, все, за исключением мусульман, позволяли себе пить воду.
В результате проведенных опытов все убедились в благодетельности поста, а
у мальчиков развилось прекрасное чувство esprit de corps (*).
(* Корпоративный дух (франц.). *)
Должен с благодарностью отметить, что на ферме Толстого вследствие
готовности уважать мои чувства все были вегетарианцами. Мусульманским
мальчикам пришлось отказаться от мясной пищи в течение рамазана, но никто из
них никогда не говорил мне об этом. Они с удовольствием ели вегетарианскую
пищу, а индусские мальчики часто готовили для них вегетарианские лакомства, соответственно нашему простому образу жизни на ферме.
Я намеренно отклонился от темы главы о посте, поскольку нигде в другом
месте не смог поделиться этими приятными воспоминаниями: таким путем я
косвенно описал присущую мне черту, а именно - я любил, когда мои товарищи
по работе присоединялись ко мне во всем, что казалось мне хорошим. Они не
были привычны к постам, но именно благодаря постам, прадоши и рамазану для
