И вот ещё через пару минут золотоволосая красавица в платье модницы конца XIX века шагала по Главному проспекту Лысой Горы, держа под мышкой книгу о некромагии. Она не оглядывалась по сторонам в поисках табличек с адресами и ни о чём не спрашивала прохожих, что свойственно приезжим. Она несомненно великолепно знала это место, хотя аборигены этого уголка мегаполиса видели её впервые. Точно так же, ни секунды не сомневаясь, она толкнула дверь грязного трактира и подошла к стойке бара. Хозяин заведения расплылся в выжидательной улыбке.
— Чего пожелаете? — спросил он.
Но блондинка лишь уничижительно сверкнула на него глазами и опустилась на высокий стул рядом с дурно пахнущим небритым господином, на голове у которого был испачканный где-то чёрный берет с плюмажем.
Аскольд сидел, тупо уставившись в своё отражение на дне стакана с водкой. Мозг уже отказывался работать, и только одна мысль, которую герцог так желал вытравить, крутилась в его голове: Аниты больше нет. Он уронил голову на грязные брабантские кружева и зарыдал пьяными слезами.
— Господин Скелетто! — негромко обратилась к нему она. Тот на мгновение поднял на девушку серые заплаканные мутные глаза и вновь опустил взгляд в стакан.
— Господин Скелетто! Аскольд! меня прислала к вам ваша и моя подруга, Владлена Курт.
— Владлена? — просипел он, блондинку обдало перегаром. — Какого чёрта ей нужно от меня?
— Она волнуется за вас. — Голос её дрогнул. — Идёмте отсюда! — она жёстко одёрнула его.
— У меня нет денег.
— Скажите, что заплатите завтра!
— Я не хочу отсюда уходить. — Он с яростью глянул на неё и вновь тупо уставился на своё отражение на дне стакана.
— Сколько должен этот господин? — холодно обратилась подруга Владлены к хозяину трактира.
— Два серебряных.
Через мгновение четыре холодных кругляшка упали на липкую стойку бара.
— И никому не говорите, что здесь был этот господин, — негромко, но внятно произнесла она.
Аскольд хотел было воспротивиться, но блондинка стальной хваткой вцепилась в его левый локоть и чуть ли не насильно вывела из питейного заведения.
* * *
На следующее утро, чисто вымытый и одетый в хрусткую от крахмала пижаму, Аскольд проснулся в своей спальне со страшной головной болью. Он с трудом повернул чуть-чуть вправо голову и увидел внушающий надежду хрустальный графин с чистейшей ледяной водой. Чуть поодаль стояла полуторалитровая банка с мутноватой жидкостью, подозрительно пахнущей солёными огурцами. С нечеловеческим усилием герцог отодрал себя от подушки и буквально влил в себя всё содержимое графина. Сил добраться до рассола пока не было. Он отбросил пустой графин на постель и откинулся на подушки.
Дверь в спальню скрипнула и на пороге появилась смутно знакомая блондинка в искусно сшитом и, тем не менее, строгом платье. Вообще по всему своему виду она почему-то очень напоминала Аскольду гувернантку, которая была у него лет эдак тридцать пять назад.
— Аскольд, вам уже лучше? — учительским тоном спросила она, даже не глядя на опустошённые ёмкости.
Герцог вновь откинулся на подушки.
— Да… Вроде…
— Очень рада. — Она сказала это столь холодно и безжизненно, что герцог даже усомнился, из плоти и из крови ли она; но, вспомнив про своих родственников, отогнал от себя эти мысли.
— Хм… Хочу к вам обратиться, и даже не знаю как… — пробормотал Аскольд.
— Беатрис. Можно Бетти, — внезапно потеплела она и улыбнулась Аскольду смутно знакомой улыбкой. — Кстати, вас внизу ждёт моя подруга. Только у меня к вам просьба: не говорите пока ей, что я здесь, пожалуйста.
Герцог непонимающе глянул на неё, но, молча натянув на себя белоснежный шёлковый халат и домашние кожаные туфли, пошёл в гостиную.
Там, как и обещала Беатрис, в гостиной стояла Владлена, явно нервничая, сжимая и разжимая замок рук.
— Аскольд! Где тебя черти носят?!
— Да… так… А ты почему здесь? — ответил вопросом на вопрос Скелетто.
— Я волновалась из-за тебя, но, правда, только сегодня решила зайти к тебе, даже не надеялась застать тебя дома… — Она с укоризной взглянула на Аскольда. — Сотовый был отключён…
— Я его потерял.
— … а таччилда у меня нет! Как же я могла тебя найти? — она слегка повысила голос, от чего Аскольд мгновенно схватился за голову. — Что с тобой? — она заботливо приобняла его за широкие плечи.
— Плохо мне, — с мукой в глазах пробормотал тот.
Только теперь, почувствовав недвусмысленный запах, Владлена всё поняла.
— Это из-за Аниты?
— Из-за неё.
— Понятно. И сколько ты будешь так мучиться? — тихо спросила она, думая о сестре, которая вела неясную для неё игру.
— Пока не забуду её или пока не сопьюсь, — он криво ухмыльнулся и вновь схватился за голову. Владлена помогла ему сесть на диван, а сама села на низенький дубовый столик со стеклянной столешницей. Она смотрела на Аскольда и с ужасом осознавала, что даже рада, что Мари здесь больше нет в преисподней, что она одна рядом с герцогом и что, возможно, всё станет так, как было, например, год назад, когда не только она, Владлена, любила Аскольда, но и он её.
— Аскольд, я тогда пойду? А ты лежи, отдыхай… — пробормотала она.
