Моё пламя полностью

— Вряд ли это в ваших силах, ― неуверенно произнес Браун, ― даже, если дерево доставят в течение пятнадцати минут, будет очень сложно создать необходимую атмосферу. На это просто требуется больше времени. ― затем он отрицательно покачал головой. ― Нет. Забудьте. Игры не будет!

Если бы о театральности и нарочитости этого человека не ходило столько разговоров, то я, наверное, даже бы и поверила его словам. Но они ходили. А я, к счастью, открыла в себе необходимые для разрешения данной проблемы таланты.

— Думаю, вы ничего не потеряете, если дадите мне шанс. Ведь, если у меня получится, то мы оба окажемся в выигрыше. Я получу вашу невероятную, исключительно божественную музыку, а вы ― удовольствие от выступления и двойную оплату.

При слове «двойная» брови Брауна ― пусть и слегка ― но приподнялись. Это движение было мимолетным, едва заметным, но вместе с тем громко и ясно кричащим о том, что мои слова попали точно в цель.

— Я сказал, что это будет сложно, ― уже тише произнес Гектор, ― но не сказал, что ничего не смогу с этим сделать. Если найти правильные слова, объяснить моим музыкантам, как важен этот бал… они отыграют так превосходно, что вечер, право, войдет в историю!

— Я была бы очень признательна вам за это, мистер Браун.

— Только потому, что вы нравитесь мне, мисс Дэвис. Только поэтому я иду вам навстречу.

О, да, не сомневалась, что только поэтому.

― Ты сделала, что?! ― почти взвизгнула Элис, когда мы вошли в зал.

— Я бы послала этого двойника Дэнни ДеВито ко всем Лягушкам, ― прокомментировала Кэтрин, а затем соблазнительно улыбнулась симпатичному молоденькому официанту.

— Поэтому с ним говорила я, ― заметила, оглядывая взглядом декорации. ― Добавьте ещё больше света! Всё должно быть в огнях!

— Ты лишь добилась уменьшения нашей итак небольшой выручки и увеличения его итак раздутого Эго, ― когда паренек отвернулся, чтобы добавить огней, Кэт нехотя оторвала от него взгляд. ― Не знаю, как тебе, а мне не кажется, что переговоры прошли успешно.

Выдохнула, а затем повернулась к подругам и заговорила тише:

— Я знаю, простите. Но он нужен нам. Вечер в сопровождении Брауна было главным и фактически единственным требованием клиента. У меня не было другого выбора и… нет―нет, стойте, ― крикнула двум официантам, а затем направилась к ним. ― Фрукты отнесите за тот стол, ― указала на дальний угол у окна, ― рыбные канапе за тот, ― рука переместилась, ― а сыр оставьте здесь. Да, вот так. Отлично.

— Ты так и не сказала, какой образ выбрала, ― Кэтрин запрыгнула на подоконник, а Элис облокотилась о стену рядом.

— Образ? ― не сразу поняла, поглощенная суетой последних минут.

— Ну да, для ба…

— Стульев должно быть по пять в ряд! ― снова крикнула, подходя к месту, в котором должен был располагаться оркестр. ― С ними всё в порядке? Обивку никто не повредил? Слава Богу. Цветы уже доставили?

Молодой парень в униформе отрицательно покачал головой.

— Ещё нет, мисс, но должны вот―вот привезти.

— Как только привезут ― сразу же поставьте горшки здесь. В этом самом месте. До того, как их отсутствие заметит Гектор Браун.

— Да, мисс.

— И не забудьте пересчитать. Их должно быть ровно восемь ― это счастливое число Брауна. Восемь. Ни меньше. Ни больше.

— Да, мисс, ― повторил парень.

— И ещё не за…

— Перестань, ― прохладная рука насильно оттащила в сторону, ― всё уже идеально. Выдохни, ладно? Мы справились. Организовали самый шикарный бал в истории, и сделали это за три дня.

— Да… ― послушно выдохнула, а затем, не выдержав, дернулась вправо, ― я не проверила напитки!

— Мы с Кэтрин сделали это пять минут назад, ― перехватила меня Элис. ― Расслабься, Эбби. Всё будет хорошо.

— Лучше скажи, какое платье наденешь, ― улыбнулась Кэт, ― а то мы уже изнываем от любопытства!

— Да, я… ― взгляд невольно переместился на двух официантов, вошедших в зал с подносами в руках. Что на них? Пирожные, пастила или…

― Эбби!

— Да? ― повернулась, сталкиваясь с парой глубоких, выжидающих глаз. ― Да… ― повторила, вспоминая, что хотела сказать, ― я буду в платье, которое надевала на вечеринку в прошлом месяце.

Подруги застыли, затем медленно переглянулись. Кэтрин открыла рот, потом закрыла, а потом завертела головой и выставила вперед ладони.

— Прости, мне показалось, или ты действительно имела в виду то самое черное платье «я закрытая и недоступная, не подходи ко мне, ковбой»?

— Я не успела зайти в магазин, и… почему те фонарики висят ниже, чем эти?

— Эй―эй―эй, хватит, притормози, ― перехватила меня Кэтрин, ― будет лучше, если ты поднимешься в номер и переоденешься в своё сексапильное монашеское платье.

Нахмурилась, но всё же позволила подруге оттащить меня к выходу.

— Оно стильное.

— Да, милая, это так. Но на бал я предпочла бы одеть тебя во что―то более… броское и шикарное. Чтобы твой наряд кричал: «я роскошная и страстная, завоюй меня».

— Это прозвучит невероятно, ― заметила внезапно рассмеявшаяся Элис, ― но я подписываюсь под каждым сказанным этой женщиной словом.

Я невольно улыбнулась.