Моё пламя полностью

— Теперь, когда ты заговорила о бонусе? ― он усмехнулся, удобно устраиваясь за столом. ― Нет. Будь готова принять поражение.

Я лишь закатила глаза, совершенно убежденная в том, что против настоящего чемпиона по игре в Рамми5 ― то есть, меня ― у этого мужчины нет абсолютно никаких шансов. Какие мысли настигли меня уже буквально через несколько минут?

Что ещё никогда в своей жизни я так не ошибалась.

Грег оказался хорош… даже очень хорош… черт подери, невероятно хорош!

Уверенности в победе, конечно, почти сразу поубавилось, но сдаваться так просто я не собиралась. Жизнь давно научила меня поступать совершенно по―иному.

Текли минуты, игра становилась всё интенсивнее, а улыбка на лице моего противника ― всё шире. Спустя час Грег вышел на финишную прямую, что, к сожалению, я и сама ясно видела, исходя из количества очков, записанных на листочке.

Я проигрывала: знала это, понимала, чувствовала. Но если ещё полчаса назад оставался хотя бы маленький процент на то, что случится чудо, то сейчас я могла заявить официально, что Грег Мартин ― Господи, не верится! ― «порвал меня, как тузик грелку»! И с таким разгромным счетом, что гениальный Сэр Элвуд ― пусть земля ему будет пухом ― определенно выжег бы на мне клеймо позора.

— Готова признаться?

Вот так просто, без лишних церемоний, довольный, как чеширский кот, Грег Мартин смотрел на меня, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди.

— А у меня есть выбор?

Он кивнул.

— Конечно. Но при любом раскладе, исход один ― ты признаешься.

— То есть, ты хочешь сказать, что позволяешь мне сделать это добровольно?

— На правах победителя, ― тихо ответил он, придвигаясь ближе, ― да. ― А затем его лицо вновь озарила улыбка. ― Сегодня я добрый.

Секунда, две… уголки моих губ дернулись.

— Не дождешься.

— Нарушаешь уговор?

— Ты сказал, что у меня есть выбор, и я этим пользуюсь.

Теперь улыбкой Чешира могла похвастаться и я сама.

— Ты можешь пожалеть об этом…

— В самом деле?

Грег долго и внимательно смотрел на меня ― гипнотизировал что ли? ― а затем вдруг совершенно неожиданно сорвался с места, заставляя меня сделать то же самое. Слава Богу, реакция у меня теперь стала намного лучше, чем прежде!

Зажала рот рукой, чтобы не закричать, но смех внутри с такой силой сдавливал горло, что удерживать его становилось всё сложнее. Резко повернув и чуть не врезавшись в косяк, быстро забежала в комнату и, понимая, что времени и возможности на то, чтобы закрыть дверь нет, схватила подушку и повернулась лицом к вбежавшему следом Грегу.

— Стой на месте, ― не выдержала и, наконец, засмеялась, ― я предупреждаю тебя по―хорошему.

— Серьезно? ― усмехнулся он, делая шаг. ― Думаешь, я боюсь подушек?

— Они тяжелые. И я не шучу.

Грег пожал плечами. Сделал ещё один шаг.

— У меня неплохие рефлексы.

Он двигался медленно, пока я так же медленно отступала. Всё было в порядке, пока отступать в конечном итоге стало некуда. Решив рискнуть, кинула подушку, чтобы не держать лишний груз, и, запрыгнув на постель, побежала по ней сверху.

Рефлексы Грега, к моей величайшей досаде, оказались не просто неплохими, а нечеловечески быстрыми. Он схватил меня у самой двери и приподнял, вынудив рассмеяться. Уже зная, к каким методам он может прибегнуть, обреченно завизжала.

— Только не щекоти! Нет! Умоляю!

— Ты признаешься?

— Да! ― сдалась, продолжая безудержно хохотать. ― Обещаю.

Грег опустил меня, но объятий не разжал. Лишь развернул к себе, невольно оставляя расстояние между нами ничтожно маленьким.

— Говори, ― прошептал, смотря мне прямо в глаза.

Его близость заставляла чувствовать внутри полный штиль. Сердце переставало колотиться, как сумасшедшее, и даже пульс начинал стучать ровно и размеренно. Грег был моей тихой гаванью. Моим спасением от шторма прошлой жизни.

— Да, ― ответила, ощущая, что его сердце, напротив, бьется намного быстрее.

— Что, да?

— Ты нравишься мне. Правда, иногда бываешь слишком большой задницей.

Он тоже улыбнулся, а затем попятился, не выпуская меня из своих рук.

— Давай, ― сказал он, ловя её вопросительный взгляд, ― потанцуй со мной.

— Что? Сейчас? Нет, я…

— Я хочу получить свой бонус.

— Но… у нас даже музыки нет.

— Она не нужна, ― его руки нежно обняли за талию. ― Просто двигайся. Помнишь? Как тогда.

Наш первый танец на том вечере. В Нью―Йорке. Я помнила, но не хотела вспоминать. Тот день и все последующие вызывали в душе слишком сильные чувства, и связаны были с совершенно другим мужчиной. Прикрыла глаза, прислушавшись к своей внутренней музыке и позволив ей вести. Снова спокойствие. Снова безмятежность. Снова полный штиль.

— Меган звонила сегодня утром. Спрашивала, могу ли я приехать.

— Что―то серьезное?

— Поступил пациент с очень… необычными симптомами. Просят посмотреть.

— Тогда ты должен поехать.

— Думаешь?

— Ты лучший врач из всех, кого я знаю. И не только я. Если твоё присутствие в Нью―Йорке поможет спасти чью―то жизнь ― да, ты должен поехать.

— Мне придется оставить тебя на пару дней. Может, больше.