Дарен сильнее прижал меня к себе, позволяя теплым губам коснуться виска. Руки обернулись вокруг талии. Я улыбнулась, удовлетворенно прикрыв глаза.
— Когда ты так делаешь, я даже сердиться не могу.
— Значит, буду делать так, как можно чаще, ― усмехнулся, а затем помог мне сесть в машину.
Оказалось, что они с Адель задумали поездку в торговый центр.
На фоне последних событий я совершенно забыла о том, что не купила подарки и украшения к празднику. Это было наше первое рождество во Флориде, поэтому ничего подходящего дома не было ― даже элементарных елочных игрушек, что уж говорить об остальном.
Через три часа, довольные и с кучей покупок, мы входили в квартиру.
Дарен донес сумки до коридора, а затем заявил, что ему нужно ненадолго уйти, строго наказав малышке Адель следить, чтобы я чего не натворила ― обалдеть ― а та, в свою очередь, взяла с него обещание вернуться как можно скорее.
— Поле твоего ухода мы написали Санте письмо, ― рассказала малышка, прикрепляя на окно самоклеящиеся звезды. ― Тигруля сказал, что ещё не поздно, и он обязательно прочитает его.
— Ты решила написать Санте? ― спросила, вешая рождественские носки над камином.
Она кивнула.
— У меня появилось желание. Очень важное.
— Расскажешь?
— Нет, ― изумленно завертела головой Ади, разводя руками, ― оно же тогда не сбудется!
— Да, точно, ― кивнула, ― извини, я совсем забыла… не упади со стула!
— Не волнуйся, ― успокоила, продолжая маневрировать на одной ноге, ― у меня исключительное чувство равновесия. Так говорит миссис Хеллфайр.
— Ну, раз миссис Хеллфайр так говорит… ― улыбнулась, но на всякий случай подошла ближе, чтобы при необходимости успеть поймать свою маленькую акробатку.
Почти тут же раздался звонок.
— Я открою!
Адель спрыгнула со стула и понеслась к двери. Буквально через несколько секунд послышался шорох, а ещё через несколько я увидела огромную зеленую…
— О, мой Бог, ты принес ёлку!
— Ещё немного, и я, в самом деле, начну считать себя таковым, ― усмехнулся Дарен, выглядывая из―за дерева.
Улыбнулась и сложила руки на груди.
— А разве когда―то было иначе?
— Хочешь сказать, ― он поставил ёлку, ― это моё привычное состояние?
— Ты действительно спрашиваешь об этом?
Дарен улыбнулся шире. Адель крепко обняла его за ноги.
— Ты ведь останешься сегодня с нами? Пожалуйста.
— Если наша общая знакомая не будет против, ― прошептал Дарен, опускаясь перед девочкой на корточки. ― Как думаешь, она позволит?
— Конечно, да, ― тоже прошептала Адель, а затем обвила его шею руками. ― Би скучала по тебе так же сильно, как и я. ― она поцеловала своего Тигрулю в нос и, улыбнувшись, весело заявила. ― Я принесу коробку, и мы начнем украшать ёлку!
Когда она скрылась за дверью, Дарен осторожно поднялся.
— Ты хотела бы вернуться в Нью―Йорк? ― вдруг спросил он.
— Не знаю, ― тихо ответила, ― это город, в котором я родилась, но я не уверена, что это город, в котором я хотела бы жить. Но я знаю, что там твой дом. И если ты захочешь, чтобы мы вернулись…
Дарен опустил глаза и, подойдя ближе, взял мои руки в свои.
— Я всегда пытался осмыслить, где мой дом. Мне хотелось узнать, что люди называют домом. ― он вновь посмотрел на меня. ― Кусок бетона или деревяшки, которые они приобрели? Место, в котором спят, едят и просто живут? Как понять, что есть твой дом? Я никогда не знал ответа ни на один вопрос.
— А теперь?
— А теперь, знаю. ― ответил, касаясь ладонью моей щеки. ― Мой дом рядом с тобой. Где бы он ни был: здесь, в Нью―Йорке или на Аляске. Мой дом там, где ты. Я хочу каждое утро видеть твои глаза и слышать веселый смех Адель. Мне хочется побывать на свадьбе Тайлера и Мэнди. Я хочу быть с тобой в самые счастливые и самые грустные моменты, которых, если бы я мог, никогда бы не было, но это жизнь… и, всё, что я могу пообещать тебе ― всегда держать твою руку. Что бы ни случилось. И как бы тяжело ни приходилось. Ты заставила меня многое понять. Помогла осознать, что дом ― это то место, из которого не хочется уходить и в которое хочется возвращаться. Что в доме тебе тепло, независимо от погоды за окном и огня в камине. И главное, дома тебя всегда ждут люди, которые тебя любят. Мой дом всегда был полон лишь наполовину. Но когда в мою жизнь вошла ты… не забыв прихватить с собой ещё трех очаровательных фей, ― весело уточнил он, и я тихо рассмеялась, сквозь уже почти до конца выступившие слезы, ― я узнал, что значит, быть счастливым. И приходить домой. ― он нежно стер слезу, еще не успевшую скатиться вниз, а затем придвинулся ближе. ― Я люблю тебя.
Я быстро закивала.
— Я тоже тебя люблю.
Дарен притянул меня к себе, заставляя ощутить исходивший от одежды запах хвои. Я закрыла глаза и почувствовала, как меня обняла ещё одна пара крохотных рук.
— Меня забыли! ― заголосила Адель.
— Эй, ― возмутился Дарен, поднимая девочку на руки, ― разве я мог забыть свою принцессу? Что я говорил тебе, а? Помнишь, что обещал, когда мы писали Санте письмо?
— Да, ― кивнула она, ― что мы всегда будем вместе, и ничто на свете никогда не сможет нас разлучить.
— А знаешь, чем обещания в Рождество отличаются от всех прочих?
