Поделом. Теперь буду знать, каково оно, когда открываешь душу нараспашку необдуманно. Отдаешься, словно шлюха, в любом удобном для него месте. Только бы ему было хорошо… Только бы видеть желание в его глазах. Только бы чувствовать эти опаляющие касаниями руки на своем теле и губы… Эти чертовы губы, которые выпили всю душу из меня. А ради чего? Ради того, чтобы теперь разбиться звонко, на мелкие осколки, практически в крошку.
Сдираю с головы резинку. Зарываюсь обеими руками в волосы и с силой оттягиваю, будто это сумеет сейчас помочь мне успокоиться. Хочется попросту сдохнуть. Закрыть глаза и перестать существовать. Чтобы эта чертова дыра в груди не становилась еще шире, а тьма, которая заполняет нутро, перестала травить. Все тело дрожит. Словно я запаяна в ледяную глыбу.
Больно. Как же больно и мерзко. От самой себя мерзко. И в голове рваными фрагментами поминутно транслируется произошедшее за вечер.
Его сумасшедший шепот и глаза полубезумные.
Щелчок по включателю, и яркий свет заливает коридор. Пара шагов… пошатываясь до входа в комнату. Еще несколько, и поворот в сторону ванной.
Поцелуй с бешеной страстью, почти болезненный. Ногтями по обоям, впиться в дверную ручку до побелевших пальцев и рвануть на себя. В два шага до умывальника и с остервенением выкрученные краны. Мимолетный взгляд в зеркало, не видя там ничего из-за чертовой пелены слез.
Его нужда во взгляде, руки, готовые пробраться под кожу, если бы могли. Полные пригоршни воды нервно в лицо. Стянутые ботфорты и отброшенные с громким стуком куда-то за спину.
Нетерпеливые просьбы, почти умоляющие нотки в хриплом голосе. Платье рывком через голову, слыша треск тонкой ткани под руками. Включенная вода в душе, шквал, обрушившийся на тело.
Ощущение его тела, что прижимает к стене. Напором по глазам и губам. Вместе со слезами… Утекает куда-то в проток, но не спасает. Прикусив губу до крови, даже не морщась, ощущая ее солоноватый привкус.
Его поцелуй с ней… Глухой стон, едва слышный из-за шума воды. Болезненный, почти способный убить укол ровнешенько в сердце. Сгибает. Чувствую, словно уменьшаюсь в росте под давлением чудовищной силы эмоций.
Толчок в мое тело. Жесткий. И его руки на моих бедрах, сжимающие до синяков. Головокружение. Спиной в холодную плитку. Попытка отдышаться. Фокусировать взгляд получается с трудом, а глаза щиплет, будто песка в них насыпали.
Его руки на ее теле и тотальный игнор. Будто я прекратила свое существование для него. Всхлип. Ногтями по собственным рукам, оставляя уродливые царапины. Снова. Снова и снова. Словно сумев содрать кожу, я убью воспоминания о его руках на моем теле.
Удовольствие на грани сознания и утробное рычание. Глаза в глаза, обильно окутываясь мурашками и сходя с ума от силы ощущений. Лбом в стенку. Чувствуя, как мокрые волосы прилипают. Как немилосердно вода лупит в спину. Я не выдержу.
Его улыбка, такая теплая, родная и сладкая, но не мне. Выколоть бы себе глаза после увиденного. Сползаю по стенке и сажусь, обхватив себя руками.
Он спал с ней… Ногтями сильнее впиваясь в уже разодранные руки. Полукрик и сорванное в рыданиях дыхание.
Люблю тебя. Неосознанное, но такое искреннее. Глядя в глаза. Чувствую себя выброшенной шавкой под проливным дождем. Ни крыши. Ни еды. Ни родной души рядом. Пусто. Никому не нужна. Никому нет дела.
Поцелуй с ней. Закладывает уши, губы дрожат, будто у меня интоксикация. Тошнота подкатывает к горлу. Шум воды оглушает.
Лёша… Я ведь погибну без него. Душа не способна существовать без его запаха и звука голоса. Все же приросла к нему. Все же впустила глубже, чем кого-либо… когда-либо. И как теперь? Зачем?
Удовольствие во взгляде и мое унижение. Рывком к унитазу, опустошая желудок и без того практически пустой. Горечь. Желчь на кончике языка.
Нежный поцелуй. Такой трепетный и настоящий. Вцепиться руками в крышку, чувствуя новую волну, и, содрогнувшись, выблевать. Как же хреново. По всем фронтам. Прожив двадцать четыре года почти беззаботно, вдруг резко погрязнуть в этой трясине без шанса на спасение. Так глупо.
Как же хреново…
Умыться. Срочно. Прополоскать рот и выключить гребаную воду. Стуча зубами, пытаться их вычистить, чтобы избавиться от противного привкуса. А после влезть в пушистый длинный халат. Наплевав на то, что с волос стекает ручьями.
Как же хреново…
Стакан ледяной воды залпом. Несколько таблеток успокоительного. И две сигареты, скуренные до фильтра. Холодно ногам. А пальцы рук онемели. Надо бы закрыть окно. Надо бы.
Слезы уже не текут. Обволакивающее ощущение звенящей пустоты внутри накрывает. Высохла. Выдохлась. Перегорела. Словно рубильник вырубило.
Прощай, истерика. Привет, апатия.
Ковыляю к кровати, надеясь уснуть и сделать вид, что сегодняшнего дня попросту не было. Где же ты, спасительная амнезия, когда ты так нужна? Отмотать бы время вспять, просто не пойти сегодня в злополучный бар. Остаться дома и не знать, что он делал с ней, как… Не слышать оскорблений. Не видеть его веселье.
Отсутствие ответа на мое признание — тоже ответ.
