Вот оно, имя нашего подозреваемого. Джэдок.
Меня накрыло волной правды. Полицейский Сим Джэдок убил жертв. Сим Джэдок – незаконнорожденный, соджа. Сим Джэдок – ничтожная, незаметная тень.
Должно быть, он отправился в Ханян, чтобы восстановить свою честь. А его отец, советник Чхои, дал ему такую возможность, приказав найти и привести священника, даже если для этого придется предать инспектора Хана. И тогда Сим станет достойным сыном.
Может быть, это именно Сим перехватил предназначенную полиции анонимную записку, в которой было сказано о верованиях госпожи О и ее связях со священником. Сим вполне мог воспользоваться ситуацией, чтобы добиться отцовского расположения. Он разнюхал, что у госпожи О был роман с ученым Аном, с помощью письма выманил женщину из поместья и следом за ней дошел до места встречи любовников – он наверняка понимал, что они не рискнут видеться в людном месте. В какой-то момент Сим к ней приблизился, она попыталась отбиться. Прежде чем она успела позвать на помощь, Сим рукой зажал ей рот. В схватке она, должно быть, сорвала с него подвеску. А может, заодно и шарф, которым он закрывал лицо. Я практически слышала ее приглушенные крики, ее яростное желание жить. Сим в отчаянии схватил ее нож для самоубийства и вскрыл ей горло – и женщина замолкла навеки. Но зачем же тогда он отрезал ей нос?
Ученого Ана тоже выманили письмом, потом похитили и запихнули в паланкин. На пустынной горе Нам полицейский Сим попытался с помощью пыток выбить из Ана информацию о священнике и тайны, которые доверила ему госпожа О. Узнал он что-нибудь от Ана или нет, он решил, что слишком опасно оставлять ученого в живых, и утопил его. После чего так же отрезал нос.
Я оперлась рукой о землю, чтобы не упасть. Что ж, теперь я хотя бы знала, кто настоящий убийца. Я слишком долго верила, что это инспектор Хан во всем виноват. Как он, наверное, ужаснулся, когда я обвинила его во всех злодеяниях…
– Смотрю, ты могилу разрыла, – послышался голос позади.
Кровь застыла у меня в жилах. Я обернулась и лицом к лицу столкнулась с Сим Джэдоком.
Я не могла сказать, что Сим Джэдок был похож на убийцу. Его глаза были полны блеска и переменчивых искр, и только присмотревшись, я заметила глубоко внутри затаившуюся печаль.
– Добрый день, Соль, – он шагнул ко мне. – Вот уж не думал, что ты настолько далеко зайдешь.
– Добрый день… – прохрипела я.
– Я заходил к инспектору поговорить… извиниться и случайно подслушал от его слуги, что ты направилась сюда. Так что решил присоединиться, – он опустил взгляд. – Что нашла?
Я сжала пальцы.
«Он не должен узнать, что я прочитала письмо», – еле просочилась сквозь панику мысль.
– Лист бумаги, – ответила я.
Он протянул руку, распрямил длинные пальцы.
Я вложила письмо в его ладонь.
– Я не умею читать, – заверила я полицейского. Пальцы у меня дрожали. Я очень старалась не выявить страха, но, кажется, тщетно. – Вот бы научиться. Я… Интересно, что там написано?
– Как ты думаешь, кто написал это письмо?
– Ну, раз это могила госпожи Пёль, то, н-наверное, ее сын? Да, господин?
– Я тоже так думаю, – кивнул он. – Бедный мальчик. Иногда чудовищами рождаются, а иногда – становятся от накопившейся боли.
– Говорят, тяжело ему жилось в Мёнмоке… – слова сами вылетали изо рта, пока разум отчаянно пытался придумать, как сбежать. – Очень т-тяжело…
Я замолкла. Сим сделал еще несколько шагов вперед и поднял лопату. В его руках она выглядела по-настоящему смертельной.
Я промокнула лоб от холодного пота.
– Я просто… – голос дрожал, и я прочистила горло. – Она там валялась. Лопата.
Он воткнул лопату в груду земли и начал засыпать гроб.
– Ты проявила неуважение к мертвым, – он говорил до пугающего спокойно. – Почему?
– Он был внебрачным сыном советника Чхои, и я подумала… Может, я найду здесь что-нибудь, что докажет причастность молодого господина Чхои… – лучшего ответа я придумать не могла: от страха в голове было совсем пусто. – Кто-то явно вскопал могилу не так давно, и мне показалось, что внутри может быть что-нибудь спрятано, но я не умею читать…
