Кабинет Марьяхо опутывает паутина проводов и кабелей, подключенных к компьютеру. Ордуньо узнает только принтер и внешний диск; предназначение остальных приспособлений – лишенных корпусов и выставляющих напоказ электронные внутренности, – оставалось для него загадкой. Соединенные между собой, они казались чудовищем, этаким Франкенштейном, над созданием которого Марьяхо трудилась годами. Хакерша кивнула на принтер и, не дожидаясь, пока Ордуньо возьмет распечатку, заговорила:
– Журналиста, убитого в феврале в «Гетерах», звали Амансио Руис, сорок шесть лет, фрилансер. Он никому не говорил, что расследует, так что мы не знаем, связана его смерть с работой или у него действительно был конфликт с проституткой из Венесуэлы, Марией Деликадой Чавес, известной как Дели. Последняя версия приведена в рапорте бригады, которая занималась делом Руиса. Судья решил, что во всем виновата Дели. Он отправил ее в Сото-дель-Реаль.
Ордуньо убрал со стула клубок проводов и погрузился в чтение документов. Сарате и Элена еще не приехали. Буэндиа закрылся у себя в кабинете и дистанционно руководил Мануэлой, которая занималась эксгумацией двух мужских трупов, обнаруженных на ферме. Одна из жертв – Лусио, которого они считали палачом матерей и главным подозреваемым в убийстве Эскартина и Бейро. Другой труп, мужчины лет тридцати, пока не опознали. Элена сказала, что никто из жителей Усеро не знал этого человека.
В материалах, которые распечатала Марьяхо, было краткое изложение дела и фотографии убитого. Амансио Руис не отличался особой привлекательностью; видимо, чтобы придать себе импозантности, он отрастил короткую бородку, как у мушкетера. Марьяхо нашла и фотографию Дели – мулатки с миндалевидными глазами и волосами, выкрашенными в красный. Дели была красива и молода, всего двадцать четыре года.
– Какая бригада расследовала это убийство?
– Бригада Вильяверде, наши друзья из Отдела. В протоколе допроса говорится, что Дели признала свою вину: журналист якобы стал на нее нападать, а она защищалась.
– Хорошенькая защита – всадила ему в голову пулю из пистолета, который совершенно случайно оказался у нее под подушкой, – пробормотал Ордуньо, читая протокол.
– Нетипичная реакция для проститутки, на которую напали, но так уж тут написано. – Марьяхо пожала плечами. – Если понадобится что-то еще, обращайся. Я пока вернусь к делу матерей. Тот, кто придумал эту систему ширм, чтобы скрыть истинного владельца фермы Лас-Суэртес-Вьехас, настоящий гений. А может, это просто у меня мозг износился.
– Твой мозг – не рубашка, чтобы износиться.
– Мозги тоже изнашиваются, Ордуньо. Люди стареют.
– И что ты будешь делать? Последуешь примеру Буэндиа? Только не говори, что тоже собралась на пенсию.
– Не представляю, как вы тут справитесь без меня, – рассмеялась Марьяхо. – И потом, на кого я вас оставлю? На какого-нибудь юного гения вроде Мануэлы?
– Девчонка молодец: хорошо поработала на ферме в Кубильосе. Придется тебе зарыть топор войны.
– Я знаю Буэндиа уже тридцать лет, и не сомневалась, что он не бросит нас на какую-нибудь недоучку. Дело не в этом. – Марьяхо сделала глоток чая и печально улыбнулась: – А в том, что он уедет в Бенидорм. Мы проводили вместе больше времени, чем с семьей или друзьями, пока они у нас были, а тут раз – и он исчезнет. Не может он так поступить. Одна надежда: что сразу после выхода на пенсию его хватит инфаркт.
Марьяхо яростно застучала по клавиатуре, не позволяя себе проявлять чрезмерную чувствительность. Ордуньо не мог не согласиться с ней: ОКА всегда был больше чем просто работой. Они вместе пережили гибель Чески и, только разделив друг с другом эту боль, смогли двигаться дальше. Ордуньо тоже не хотел расставаться с Буэндиа и Марьяхо. Это означало бы, что их семья перестанет существовать. А если, как нашептывала интуиция, вскоре ему придется пережить еще одну потерю – смерть Рейес?
Ордуньо сосредоточился на деле убитого журналиста, и сразу понял, что расследование велось спустя рукава. В рапорте были скупо описаны происшествие и место убийства – комната Дели. Причина смерти – выстрел в голову. Все, никаких подробностей. Вопиющая, прямо-таки неприличная халатность. Протокол допроса поражал краткостью и явно не отражал содержание разговора. Проститутку задержали, передали суду, потом поместили в камеру, и дело закрыли.
Все это показалось Ордуньо странным: обычно убийства расследуются очень тщательно. Захваченный чтением, он не сразу заметил, что Марьяхо протягивала ему еще пачку распечаток.
– Вот, собрала публикации Амансио Руиса за последние два года. Ты, наверное, захочешь их посмотреть?
