Виолета не сумасшедшая. Она просто может видеть Ийями Ошоронгу. В день, когда на ферму приехал убийца, богиня распростерла над ней свои крылья и вдохнула в нее искру жизни, необходимую, чтобы отомстить за матерей. Росаура была права: Ийями выбрала Виолету, чтобы восстановить равновесие. Виолета заботилась о детях, и, хоть ей и не хотелось расставаться со своим сыном, малышом Зеноном, она знала, что должна это сделать. Нужно вернуться к началу, как того требует Ийями Ошоронга, – восстановить порядок вещей.
Карлос Суза – Виолета отказывалась называть его Моникой – ничего не понял. Виолета попыталась объяснить ему, что она лишь орудие в руках Ийями Ошоронги, ее долг – повиноваться ориша. Заливаясь слезами, Суза клялся, что невиновен. Он рассказал, что уже много лет принимает гормоны и не способен стать отцом. И указал на другого мужчину. Виолета вонзила ему в живот кривой нож и потянула вниз. Нож, украденный из дома Сузы, был не таким острым, как скальпель, который она бросила около тела Даниэля Мериды, и ей пришлось прилагать усилия, чтобы разрезать плоть. Кровь лилась, как вода из питьевого фонтанчика, и постепенно Карлос затих.
Возможно, она действовала не только как посланница Ийями Ошоронги, но и как несчастная мать. Она не могла простить Сузу, ведь это он принес семя хозяину фермы, мексиканцу Ригоберто, который обманул ее в аэропорту Мадрида. В конечном итоге Суза тоже был виновен в страданиях маленького Зенона, который погиб у нее в утробе. Как бы ни хотелось ей перестать думать об этом, Виолета не могла не скорбеть о том, что не смогла испытать радость материнства.
В машине, украденной у Карлоса Сузы, она приехала назад в город. На остановке такси спросила, где находится дом двадцать три по улице Валье-де-Тобалина. Перед смертью Суза сказал, что там живет отец Зенона. Виолета чувствовала: круг замыкается. Скоро гармония будет восстановлена, и тогда Ийями Ошоронга отпустит ее на свободу.
<p>Глава 54</p>Густаво Мехия из Кастельона и Мигель Анхель Лугано из Мадрида – двое отцов из списка, которым не суждено было умереть. Сведения, полученные от Ригоберто, позволили найти их, а также Рамона Кальво, гинеколога, который жил в Аранда-де-Дуэро и принимал роды в Лас-Суэртес-Вьехас.
Мехию и Лугано задержали; по окончании следствия им предъявят обвинения. Оба были женаты, но, судя по всему, так и не смогли зачать ребенка и в итоге решили прибегнуть к услугам Ригоберто. Элену все это не интересовало. Спасение двоих отцов не принесло ей облегчения: Виолета все еще была на свободе и, вероятно, уже свела счеты с Сузой. Ордуньо выяснил, что Суза после многолетнего приема гармонов стал бесплодным. Но Ригоберто утверждал, что в его документах именно Суза значился отцом ребенка, которого носила Виолета; никакого другого имени владелец фермы не знал.
– Кофе хочешь?
Элена рассеянно кивнула, и Марьяхо засунула капсулу в машину. У Элены раскалывалась голова – внутри как будто работал отбойный молоток. Буэндиа открыл контейнер с салатом, и ее передернуло от запаха уксуса.
