– Всего не знал никто. Даже я, хоть и опросил всех, кто имел отношение к этому делу. Говорили, что в одной из бригад в Вальекасе процветает коррупция. Обычная история. Забирали себе часть конфискованной контрабанды, крышевали грабителей… Пошел слух, что в Вальекас отправили полицейского под прикрытием.
– И за кем он следил?
– Полагаю, в том числе за мной, но я ни гроша не получил ни с одной операции.
– Но это правда – что кто-то присваивал часть конфискованного?
– Я так не думаю. Наверное, я просто не очень хороший полицейский… Окружным комиссаром так и не стал, дослужился только до комиссара, а другие с каждым годом забирались все выше.
– Не думаю, что вы плохой полицейский. Скорее вы не захотели мириться с тем, с чем мирились остальные. Или я ошибаюсь?
Вальес улыбнулся, ожидая следующего вопроса.
– Что такое Клан?
– Ты еще очень молода. – Он вдруг перешел на «ты» и схватил ее за плечо. – У тебя вся жизнь впереди. Никогда никого не спрашивай про Клан.
– Но почему?
– Слушай внимательно: никогда не произноси это слово. Поняла?
В голубых глазах Вальеса читался ужас. Пес замер и глядел на них издалека, словно чувствуя страх хозяина.
– Вернемся к делу «Мирамар». Полицию предупредили, что привезут контрабанду?
– Все было сложнее. Официально это была контртеррористическая операция. Предполагалось, что мы вышли на конспиративную квартиру террористов, но на месте выяснилось, что это не так. Зато этажом выше вдруг появились наркоторговцы, несколько агентов переместилось туда, началась перестрелка, один полицейский погиб.
– В отчете не было его имени.
– Молодой парень, в Вальекасе работал совсем не долго. Думаю, именно он работал под прикрытием, его внедрили для расследования коррупции.
– Как его звали?
– Эухенио Сарате. Я слышал, его сын тоже служит в полиции…
Рейес нервно сглотнула. Она вспомнила, как на празднике в честь своего выхода на пенсию Асенсио упомянул отца Сарате, ударившись в воспоминания о старых добрых временах.
– Мог его убить один из полицейских, за которыми он следил?
– В отчете сказано, что он погиб в перестрелке с наркоторговцами. Я сам написал это и поставил свою подпись.
– Я видела отчет о деле «Мирамар», Эдуардо. Но хочу услышать от вас лично: кто убил Эухенио Сарате?
– На этот вопрос у меня нет ответа. Но вот что я могу сказать: после того, как меня вынудили закрыть дело, его возобновило управление собственной безопасности. Они проверяли одного из агентов…
– Как его звали этого агента?
– Любопытство заведет вас не туда, сеньорита.
– Скажите мне его имя.
Вальес помедлил, глядя вдаль, потом бросил сигарету на землю и затушил носком ботинка. Посмотрел Рейес в глаза, не подозревая, какую бурю поднимут в ее душе его слова:
– Мануэль Рентеро.
